Глава 15. Олеся. Часть 1
Просыпаюсь от солнца, пробивающегося сквозь полупрозрачные шторы и заливающего комнату мягким светом. Открываю глаза и не спеша потягиваюсь. Смотрю на электронные часы на столе. Всего половина девятого утра. Еще спать да, спать. Тем более сегодня я до вечера работаю удаленно, а потом на матч.
Закрываю глаза, но сон не идет. Я ворочаюсь с одного бока на другой. Но в голове снова и снова всплывает вчерашний Венин поцелуй.
Как он целуется…
Далеко не все парни умеет так целовать.
А его глаза?
Он смотрел на меня таким взглядом, которого я раньше не ощущала. Его серые глаза проникали куда-то вглубь, оставляя внутри смятение и нежный трепет.
Даже Кирилл на меня так не смотрел. Хотя мы были помолвлены.
Я быстро мотаю головой.
Не хочу думать о бывшем. Пошел он к черту.
Я обреченно вздыхаю и открываю глаза, втыкая свой взгляд в натяжной потолок. В голове все снова крутится один единственный момент - поцелуй. Я еще раз вздыхаю, и, кажется, эхо расходится по всем углам комнаты. Воспоминания о том нежном поцелуе, о том, как он взял все в свои руки, вызывает у меня столько эмоций и вопросов, что мне становится не по себе.
Зачем Веня вообще это сделал?
Хотя я понимаю зачем.
Слова до меня не доходили, и он сделал то, что казалось ему наилучшим решением, ведь я паниковала.
Гребанные лифты.
Но как странно, что один единственный поцелуй может так прокрутить все мысли с ног на голову.
Почему, вспоминая его нежные и мягкие губы на своих, у меня потеют ладошки?
До этого поцелуя, у меня был шанс не поддаться его обаянию. Я могла бы уверенно говорить себе, что просто наслаждаюсь моментами общения, и не зацикливаться на чувствах. Но теперь все изменилось. Все шансы испарились, и я снова не знаю, как себя вести.
Стоит мне вспомнить его глаза, этот поцелуй и передо мной встает вопрос: хочу ли я всего этого? Хочу ли я отношений с ним? Или мне следует подавить все эти чувства, чтобы не стать уязвимой?
Как будто он пробудил во мне желание и страх одновременно. Теперь я окончательно запуталась.
А может я себя зря накручиваю?
Может быть, никаких отношений не будет? И все останется в пределах одного этого воспоминания?
А не пожалею ли я потом?
Хочу ли я еще раз поцеловать его? Или лучше остановить все сейчас, пока не стало слишком поздно? Может стоит сделать вид, что ничего не было?
– Хватит, – говорю я твердо вслух, отбрасывая одеяло.
В голове слишком много неопределенностей.
Я пока не знаю, что делать дальше, и эта неуверенность давит на меня, как камень на сердце.
Мне нужно немного успокоиться и переварить все это еще раз.
Встаю с кровати и плетусь на кухню, ожидая увидеть радостные лица сестры и племянницы. Но комната встречает меня пустотой.
– Есть кто дома? – кричу я, но в ответ лишь тишина.
Значит никого нет дома.
Странно.
Алина ничего не говорила.
Подхожу к окну, открывая его, и в комнату тут же проникает свежий воздух.
На улице ярко светит солнце, дети весело играют на площадке, громко смеясь и крича. Зелень деревьев наполняет все вокруг, напоминая о приближающемся тепле.
Я вздыхаю и направляюсь к холодильнику, и только сейчас замечаю на нем записку, написанную красивым почерком сестры и прикрепленную магнитиков виде забавной лисы.
Срочно вызвали в офис. Диану отвела в сад.
Уж сильно хочет поработать она. Аха-ха.
Молоко в холодильнике. Шарики в шкафу.
Не забудь напомнить Вене о ужине
Люблю
Любим и целуем.
До вечера, Ариэль.
Качаю головой, но улыбка все равно появляется на лице. От этой простой записки я чувствую легкую теплоту внутри. Мне нравится, когда обо мне заботятся, ценят и понимают. И я с благодарностью отвечаю тем же.
А раньше все было иначе.
Жить с Кириллов означало вставать раньше, готовить ему еду, убираться и напоминать ему о самых простых вещах: купить продукты, вынести мусор, не разбрасывать вещи. И даже когда я старалась изо всех сил ему угодить, взамен получала лишь молчание и равнодушное «потом».