Я лишь киваю и отдаю шайбу судье, который назначает вбрасывание возле моих ворот.
Белый выигрывает вбрасывание и делает передачу на Моисея. Он разворачивается вокруг себя и несется из-за всех сил в зону красно-черных. Дэн наносит удар, но вратарь соперника тоже не дремлет. Он ловит все, что летит в створ.
Ровно через тридцать секунд со скамейки оштрафованных вылетают Виталя и Яр и тут же несутся в чужую зону на помочь.
Белый, как и обещал, переводит игру в зону соперников. Я продолжаю стоять неподвижно посреди ворот, наблюдая за развитием атаки наших парней. Все идет неплохо - они уверенно контролируют игру, делая друг другу передачи.
До конца третьего периода всего пару минут. А счет все еще 2:2. Нужна реализация.
Пока я мысленно прошу парней забить, Дэн делает передачу на Виталика, ожидая мощного броска по воротам, но этого не происходит. Виталя слегка мешкается перед броском, белая быстрый взгляд куда-то в сторону, а когда все же собирается нанести удар, уже становится поздно, и соперники понимают его ход.
Что это было?
Следующий его шаг становится столь же неожиданным и непонятным, что даже меня заставляет настороженно моргнуть. Пусть шайба и летит в сторону нашего нападающего, но пролетает мимо него, будто умышленно попадает на крюк капитана красно-черных - Игната Федорчука.
Их форвард мгновенно реагирует и устремляется в мою сторону, желая приблизить свою команду к чемпионству. За ним срываются парни нашей команды, пытаясь не допустить реализации момента и вернуть контроль над игрой. Однако один человек, стоящий ближе всех к выходу из зоны, почему-то задерживается позади. Виталик словно нарочно замедляется, давая капитану красно-черных свободу действий.
– Какого черта? – спрашиваю сам себя, когда вижу устремляющегося на меня игрока.
Но все вопросы приходиться оставить на потом. Тем более, может мне показалось.
Я занимаю позицию, готовясь встретить атаку. Форвард стремительно приближается, на ходу выбивая угол броска. Его догоняет его товарищ по команде и слегка стучит клюшкой об лед, прося передачу.
На самом деле, если бы Федорчук отдал бы пас своему игроку, то с вероятностью почти девяносто девять процентов, тот бы забил, так как я бы не успел переместиться, но капитан у красно-черных самовлюбленный эгоист, поэтому бросает в левый верхний угол – классический его выстрел. Моя ловушка работает идеально: мои рефлексы успевают среагировать, я вытягиваю руку и ловлю шайбу в ловушку, завершая эту контратаку.
Вздох облегчения вырывается сам собой. Отдаю шайбу судье и готовлюсь к очередного вбрасыванию возле своих ворот.
Третий период заканчивается вничью, а это значит наш ждет дополнительные двадцать минут игрового времени, а может меньше. В общем и целом, как пойдет.
Как только тренера дают последние наставления на овертайм и покидают раздевалку, понимаю, что странные действия нашего нападающего заметил не я один.
– И что это нахрен было, Орел? – сердито производит Дэн. – Ты забыл, как играть?
Мой взгляд скользит с него на парня, к которому он обращается. Но Виталик лишь пожимает плечами и усмехается.
– А чего ты хотел? – почти с равнодушным видом отвечает товарищ по команде. – Это все из-за тренера. Это он не выпускал меня на лед несколько игр подряд.
– Не гони на Николаича. Мы знаем, как ты умеешь играть. Поэтому я еще раз спрашиваю: что это мать твою было?
Но Виталя снова лишь пожимает плечами.
– Да ты охренел? – вскакивает Дэн и злобно смотрит на него. – Не уж-то продался своему драгоценному другу?
– Ты рот свой закрой, – сквозь зубы говорит Орлов.
Моисей лишь фыркает и складывает руки на груди.
– А чего правда глаза режет?
– А может тебе мой кулак порежет глаза?
– А может деньги решают все? – разносится голос Снегиря. – Вдруг, ты решил продаться Федорчуку или клубу, в котором он играет?
Атмосфера в раздевалке накаляется, и все взгляды перемещаются с Яра на Виталика.
– Ты чего несешь? – Орлов резко поднимает голову, а лицо напрягается. – Я таким не занимаюсь. Хочешь обвинить меня в чем-то - предъяви доказательства!