– Я…я, – шепчет он, запинаясь.
Я улыбаюсь и прикладываю палец к его губам.
– Тшшш. Не говори ничего, – прошу я. – Просто поцелуй меня еще раз.
И мы снова целуемся. На этот раз медленнее и чувственнее.
Я не знаю, что будет потом, но готова принять любой исход, потому что в этот момент я чувствую себя живой. Чувствую, что мое сердце бьется. Что мое разбитое сердце бьется.
Глава 27. Олеся
Я не могу описать все, что сейчас чувствую.
Что это вообще было?
Всю дорогу обратно в такси не могу сдержать улыбку, вспоминая о поцелуе в ванной. Почему я пошла на поводу у собственных желаний?
Это безумие. Необъяснимое, пьянящее безумие. Я ведь понимаю, что нужно было сохранить самообладание, но все мои доводы рассыпались в прах, как только его губы коснулись моих.
Этот поцелуй будто стер все мои тревоги, оставив лишь тепло и спокойствие. И даже ужин в кругу семьи Вени прошел не так волнительно, как я ожидала. Парень весь вечер был рядом, не сводил с меня глаз, а его случайные прикосновения обжигали кожу. Не могу описать словами, что творилось у меня внутри, но было…хорошо. Просто очень хорошо.
На прощание нам с Веней не удалось остаться наедине, потому что его семья провожала меня всей компанией. Они весело улыбались и приглашали меня вновь приехать к ним в гости. Поэтому мы смогли обменяться лишь короткими взглядами и улыбками, пока я садилась в машину.
Мое такси останавливает около подъезда. Я прощаюсь с водителем, выхожу из машины и направляюсь внутрь дома. Стараясь не шуметь, открываю дверь квартиры и на цыпочках прохожу в прихожую. Время близится к двенадцати, а значит, нужно быть максимально тихой, чтобы не разбудить Алинку с Дианой.
Снимаю кеды, вешаю куртку на вешалку и осторожно ступаю на цыпочках мимо комнаты сестры. Войдя внутрь своей комнаты, тихо закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Закрываю глаза, и искренняя улыбка появляется на моем лице.
Ну и денек, конечно. Что будет дальше?
– И почему мы так улыбаемся? – раздается голос в темноте.
Я резко открываю глаза и едва успеваю закрыть рот рукой, чтобы заглушить собственный вскрик.
На кровати, сияя от счастья, сидит Алинка. На ее лице такая счастливая улыбка, наверное, посоревнуется лишь с Катей, когда она смотрела на Веню.
– Ты чего не спишь? – шепчу я, приходя в себя.
– Тебя жду, – отвечает сестра, продолжая наблюдать за мной. – А где ты была?
– Необязательно было меня ждать.
Плотнее закрываю дверь и прохожу вглубь комнаты.
– Не игнорируйте мой вопрос.
Я вздыхаю и поворачиваюсь к ней. Алинка в розовой пижаме, ее светлые волосы заплетены в косу. Она наклоняет голову слегка в бок, покачивая ногой, и в ее глазах пляшут чертята. Сестра знает мой ответ, но ждет, чтобы я произнесла это вслух.
– Отмечала победу команды, – выпаливаю я, стараясь не смотреть ей в глаза.
Алинка хихикает, прикрывая рот ладошкой. Этот звук режет слух, как наждачная бумага. Знает ведь, коза, с кем я была.
– С Веней? – уточняет она, будто ей это жизненно необходимо.
Я киваю, чувствуя, как щеки начинают предательски гореть, но улыбки остановить не в силах.
– И как все прошло? Куда ходили? Рассказывай! – сестра тихо хлопает ладонью по кровати, приглашая меня присесть рядом. – Вы уже целовались? Держу пари, ты покраснела, как помидор, когда он взял тебя за руку!
– Алина!
В ответ она лишь негромко смеется, заражая меня своим схемам.
– Рассказывай! – сестра смотрит на меня большими просящими глазами.
Я обреченно вздыхаю и плетусь к кровати.
Опускаясь на край постели, чувствуя, как пружины отзываются тихим скрипом. Алинка, словно голодный зверь, впивается в меня взглядом.
– Как тебе уже известно, команда выиграла чемпионат, – начинаю я, и сестра кивает. – В результате матча Веня получил травму. Но сейчас уже более-менее нормально, – спешу добавить я, когда Алинка выпучивает глаза. – Так вот, после непродолжительного празднования в раздевалке, я повезла Веню в больницу.
– Что значит повезла? На чем? – сестра сводит брови на переносице.