— Я такого же мнения, — проговорил Егор, входя в комнату. Ему выходной никто не давал, поэтому он честно отработал свою смену и только сейчас вернулся домой. — Мне нужно вам кое-что показать, — он подошёл к нам, держа в руках портативный компьютер, которые выдавали всем сотрудникам Службы Безопасности. — Я попросил Ожогина, помощника Романа, переслать мне видео с камер наблюдения, расположенных над входом в Гильдию, в то время, когда там находилась Ванда. Что происходило внутри здания, без специального запроса получить нельзя. — Он поставил на столик компьютер и включил запись. Мы с Томашем наклонились, пристально вглядываясь в картинку.
Вот Ванда выбегает из Гильдии, явно находясь в каком-то раздрае, оступается и летит вниз, где её подхватывает Клещёв.
— Вот же сволочь, — протянул я.
— Это не всё. Они следили за ней. Вот два непонятных типа, — он указал на две размытые фигуры в отдалении. — Подошли к зданию вместе с ней, с кем-то связались, и через минуту подъехала машина, из которой вышел Клещёв.
— Это не мои ребята, — нахмурившись, произнес Томаш под удивленным взглядом Егора. — Дима потом всё тебе расскажет. И да, ни Ванда, ни Ветта не знают, — исполняющий обязанности главы второй Гильдии и бывший глава первой посмотрел на меня. Я кивнул. Это их семейное дело, в которое я вмешиваться точно не стану.
— Ожогин сказал, что их охрана опознала в них фландрийских наёмников, — через несколько секунд проговорил Егор, возвращая нас к записи с камер.
— Это кто? — я указал на человека, к которому подошла Ванда, тронув за плечо, после чего вместе с ним куда-то отправилась. И она больше не выглядела напряжённой, взволнованной и дёрганной, как последние несколько недель.
— Понятия не имею. Он ни разу не попал в объектив камеры лицом, словно знал, где они расположены, и старался всегда стоять к ним спиной, — серьёзно сказал Дубов. — Он похож на Влада?
— Честно? Не знаю. Я его не слишком хорошо рассмотрел, — потёр подбородок Вишневецкий. — Но, похоже, что да, это он.
— На записи не видно, что он как-то связан с Клещёвым или наёмниками. Просто какой-то парень, оказавшийся не в то время не в том месте. Я с вероятностью в восемьдесят девять процентов уверен: то, что произошло внутри Гильдии, способствовало активации артефакта, и Клещёв это узнал, когда столкнулся с ней. Зрительный контакт был от силы несколько секунд, поэтому ничего конкретного с мозгами нашей Ванды он точно сделать бы не успел.
— Томаш, что происходило в это время в здании Гильдии? — быстро спросил я у Вишневецкого.
— Ничего особенного. Знакомство подчинённых с новым руководством… Стой, — он нахмурился и посмотрел на меня. — Тогда впервые чары оповещения заорали, сообщая, что глава Гильдии находится в смертельной опасности. И когда Ванда пришла в приёмную, Ольга как раз распаковывала венок.
— Какой венок? — я помотал головой, стараясь понять, о чём говорит Томаш.
— Красивый и дорогой, — усмехнулся Вишневецкий. — Начальнику от преданной секретарши. Похоронный. Не спрашивай, это долгая история.
— Я понял, что именно послужило триггером, — я закрыл глаза и откинулся на спинку дивана. — Ромкина смерть. Не забывай, что он вообще не должен был выжить после того, как я бы получил «Феникс». Я вообще ничего не понимаю, — помассировал я виски, стараясь хоть как-то сложить все детали этой мозаики вместе.
— Я не думаю, что Клещёв такой заботливый, что решил убрать воспоминания о Роме в момент его смерти и облегчить страдания нашей Ванде, — покачал головой Егор. — Здесь что-то другое. Больше похоже на план «Б».
— Или на кривые руки Клещёва и недоделанный артефакт. Егор, я не знаю, что происходит, — я покачал головой. — И Громов мне запретил пытать эту тварь, чтобы всё выяснить. Надеюсь, Андрей Николаевич мне в ближайшее время всё расскажет, или, клянусь, я спущу Эда с поводка и позволю ему поразвлечься так, как он хочет. И не факт, что натравлю я его на Клещёва, — злобно процедил я, вздрагивая от звонка телефона, который всё ещё сжимал в руке, и ловя странный удивлённый взгляд Томаша.
Ну да, взаимоотношения в Древних Родах и Семье всегда были странными, вам, ребята, не понять. Я бросил взгляд на дисплей телефона. Звонил Ваня, и я тут же принял вызов, напряженно закусив губу:
— Что у вас?
— Всё нормально, — ответил Рокотов на фоне монотонных голосов. — Всё прошло гладко, даже силу не пришлось применять. По-моему, Бобров расстроился. У Андрея особое, весьма нежное отношение к этой тюрьме. Романа мы вытащили, сейчас всю фландрийскую Службу Безопасности препарирует Гомельский со своими адвокатами. И я им, если честно, не завидую.