— Подождём немного, и вся ночь будет нашей. Надо только спровадить куда-то Марка, — продолжил Антон, наматывая на свой палец прядь Вериных волос.
— Пойдём, найдём их? Посмотрим на этот сумасшедший прыжок? — встрепенулась Вера, найдя повод разорвать жгучие объятия, а Антон лукаво рассмеялся.
— Подожди, я отвлекусь. Ты такая горячая, смотри, что ты наделала.
Он взял её ладонь в свою и решительно приложил к своей ширинке. Вере ничего не оставалось, как погладить внушительную припухлость сквозь ткань и усмехнуться:
— Я наделала? Ты первым полез ко мне целоваться.
— Шш… — сорвался с губ Антона лёгкий хрип. — Нет, так я никогда не успокоюсь, а наоборот… Давай, это, о чём-нибудь поговорим? Да хоть об истории. Как ты думаешь, учёные точно восстановили облик динозавра, или по одним лишь костям это сделать невозможно?
— Чего? К-какого динозавра? — Вера не смогла так резко перестроить ход мыслей и растеряла все слова, а Антон расхохотался.
— Да любого. Тиранозавра или трицератопса, знаешь, с двумя рогами? Было бы здорово завести себе дома маленькую копию такого, да? — с неподдельным живым интересом принялся рассуждать Антоха, и Вера быстро увлеклась странным разговором, в который раз поразившись мыслям, что бродили в головах у двух необычных актеров.
— Антон, а ты говорил, что ещё и пишешь? Прочитай какое-нибудь стихотворение, — попросила Вера, когда они шли по лесистой дорожке к скале, откуда прыгали самые отъявленные экстремалы. Длинный резиновый канат сначала растягивался, даря секунды невероятного свободного падения, а потом снова сокращался, поднимая прыгуна наверх.
— Потом, на берегу, при луне, — тихонько сказал Антоха, наблюдая снизу за копошащимися наверху фигурками, и разулыбался. — Слушай, а не хочешь тоже прыгнуть?
— Нет, я боюсь высоты, особенно такой, — доверчиво прижалась к его боку Вера. — Как будто в самом деле летишь в пропасть…
Они долго стояли внизу, слушая восторженные вопли, изредка доносящиеся сверху, а потом пошли к ущелью, где снова целовались, всё раскованнее и откровеннее.
— Антон, — вдруг остановила его Вера и пристально вгляделась в лицо, — а ты, случаем, не женат?
— А это что-то меняет? — чуть удивился парень, обнимая её всё крепче. — Главное то, что сейчас я хочу быть с тобой.
— И всё-таки? — вывернулась из его рук Вера, которую глодало чувство неправильности происходящего.
— Нет, официально я не женат. Так тебе будет спокойнее? Расслабься, — Антон вновь стал заигрывать своими губами с её, мягкими и манящими. — Какая ты, мм…
«Какая я дура», — усмехнулась про себя Вера, но отпустила все тревоги по ветру и полностью растворилась в настойчивом и решительном Антоне.
Лиза тем временем стояла на краю обрыва и, вытянув шею, вглядывалась в дышащую страхом пустоту. Рядом с ней шумно сопел Марк и пытался казаться беспечным, но, по-честному, тоже боялся.
— Ну так что, прыгаем? Или слабо? — повернулась к нему Лиза, чтобы найти уверенность во время словесной перепалки.
— Кому слабо, мне?! Да вообще без вопросов, — резко ответил Марк и без колебаний пошёл вперёд к парням-инструкторам. — Я первый.
Он подёргал закрепленные ремни, задержал непонятно зачем дыхание, оглядел с высоты красоты южного края и, спиной чувствуя насмешливый взгляд Лизы и ещё парочки зрителей, оттолкнулся и полетел вниз. Ветер, как это ни странно, в ушах не засвистел, но сердце замерло и ухнул куда-то внутрь, а пустота обхватила, подержала несколько секунд в объятиях невесомости, подаренных свободным падением, и отпустила обратно, когда канат опять сжался. Оказавшись на твёрдой поверхности, Марк коротко выдохнул и отошёл, уступая место Лизе. Он, широко улыбаясь, с радостью почувствовал, что был неправ, и адреналин в его организме до сих пор продолжает нехило так вырабатываться. Прыжок подарил море ощущений, сравнимых, пожалуй, лишь с наркоманским приходом, и Марк поморщился. Что теперь ему, всю жизнь, что ли, любые эмоции придётся сравнивать с той эйфорией от дурмана, которая навсегда въелась в мозг? Когда-нибудь это закончится, нет? Марк погрузился в свои ощущения, упустив Лизку из вида, и обалдел, когда она после своего прыжка от избытка чувств просто-напросто бросилась ему на шею и чуть не задушила в объятиях.
— Марк! Вот это кайф!
Он кивнул и, быстро сориентировавшись, шаловливо положил руки на её обтянутые тканью ягодицы, но она не придала этому должного внимания, находясь всё ещё в плену восторга. Марк прищурился и ощутимо сжал пальцы для щипка.
— Эй! — наконец сообразила она и отскочила от него на добрых полтора метра. — Берега-то не путай, извращенец.
— Ты чего? — рассмеялся Марк. — Сама на меня накинулась, как голодная львица на мясо, и я ещё извращенец?