— Вертолёты полетели? А я говорил, она слишком крепкая для тебя, — Марк смотрел в её бесстыже пьяные глаза и улыбался. — Ложись-ка спать.
— Ага, а ты потом пристроишься ко мне. Я как-то опасаюсь спать, когда ты рядом.
— Лиз, ну я же обещал, что не полезу. Ну, хочешь, я уйду к себе? Как думаешь, там эта парочка уже кончила?
— Кончила? — до Лизы медленно дошёл смысл и она расхохоталась, а потом её понесло. — Вера дурочка, влюбилась, говорит, но всё под контролем. Ага, как же. Вернёмся в Новосиб, и она начнёт выносить мне мозг, как ей плохо без Антона. Но вообще я её понимаю. Иногда так и хочется на кого-нибудь наброситься. Но… Нельзя. Гордость. Гордость должна быть! Так что, Марк, как бы ты на меня ни смотрел, я тебе не дам. Дырку от бублика не хочешь? Накося, выкуси.
— А мне ничего от тебя и не надо, я лучше подрочу, чем буду связываться с такой, как ты. Ты можешь только мозга ебать, — откровенно выпалил Марк, и тут же получил сильную пощёчину. — А чё дерешься? Правда глаза колет, а?
— Дурак, — почти плюнула ему в лицо Лиза и вдруг разревелась. Такого поворота Марк не ожидал, поэтому притих, а Лизка слезла с подоконника, чтоб умыться, пошатнулась, и почти упала, но Марк её удержал.
— Извини, это... Погорячился, — буркнул он, чувствуя червоточину вины, и помог дойти до её кровати. — Давай-давай, на боковую.
Она безвольно кивнула, отворачиваясь к стене, и вскоре провалилась в тяжёлый хмельной сон, а Марк, чтоб не смотреть на её стройные ноги и шикарную попу, встал у окна, в одного допил бутылку, а потом тоже плюхнулся спать.
8. Вера. Вечер.
POV Веры
Лиза, ворчливая старушенция, чуть было не испортила мне всё настроение. Если она хочет строить из себя недотрогу и отталкивать нормальных, симпатичных, уверенных в себе парней, поджидая своего успешного принца, который будет с неё пылинки сдувать и всячески ублажать, то пожалуйста. А я так не хочу.
В смешанных чувствах я выбежала из гостиницы и села на жестковатую скамейку. В воздухе висел терпкий запах цветов и южных трав, буйно растущих повсюду, и лёгкий аромат моря, который принёс с собой свежий бриз. Сердце забилось часто и беспорядочно, а стоило мне увидеть улыбающегося Антона, как оно и вовсе затрепетало. Он пленил и покорил меня в считанные часы, и я легко поддалась ему. Влюбилась ли? Конечно, иначе бы и не посмотрела на него. А вообще какая разница, как называется это приятное чувство, важно то, что мне рядом с Антоном безумно хорошо. Да, это ненадолго, но тем лучше — не буду тешить себя ложными надеждами, ждать звонков, искать встреч, как это было с сокурсником Пашкой, который сперва ухаживал, а потом пропал, даром что живём в одном городе. А с Антоном всё закончится через четыре дня, и я это знаю. Так почему бы не провести эти дни, наслаждаясь отдыхом, жизнью и друг другом? У меня так давно не было мужчины, вот я и дрожу от его комплиментов, объятий и прикосновений. И что теперь? Это нормально, воздержание вредит не только мужикам, но и женщинам. Не знаю, о каком там самоуважении говорила Лиза, но я себя шалавой не чувствую.
Антон взял меня под руку, и мы медленно пошли по оживлённой вечерней улице. Ненавязчивый запах его парфюма перемешивался с чарующими нотками ароматов южной ночи, и крыша моя улетала всё дальше, обнажая все чувства, что прятались под ней. Я отдалась в их власть и совсем растаяла, когда Антоха подарил мне купленный в палатке по дороге букет горных цветов. Он, не колеблясь, предпочёл их банальным розам, и я разулыбалась, убедившись, что этот довольно брутальный парень — настоящий романтик, с которым весело и интересно, а не туповатый мачо, способный только на секс.
Вот и сейчас он с удивительно серьёзным выражением лица рассказывает какую-то дичь, я слушаю, киваю и не могу отвести взгляда от его губ. Антон видит это, утягивает меня с бульвара в тихий скверик, подальше от людских глаз, и жадно целует. Губы твёрдые, решительные, а язык влажный, горячий и мягкий. Буря внутри бушует всё сильнее, я легонько прикусываю его нижнюю губу, а он кончиком языка проводит по моим верхним зубам, а руки с талии опускает ниже, нежно оглаживая.
— Красивая, — выдыхает, отстраняясь. — Верка, ты самая лучшая. А в этом платье так вообще, неотразимая.
Я улыбаюсь как дурочка, а он снова берёт меня за локоть, и мы наконец добираемся до ресторана. Красное вино, вкусное мясо, убойные шутки Антона и его ладонь, постоянно оказывающаяся на моём бедре, — что ещё нужно для приятного вечера?
Блюда почти съедены, и Антон всё теснее жмётся ко мне, как вдруг у стола оказываются взбудораженные подростки.