Выбрать главу

— Тут скоро всё закроется, пора уходить. Пошли на море?

Они вышли на пустынную улицу и побрели, не разбирая дороги. По проезжей части проехала поливальная машина и обдала их брызгами. Марк обиженно фыркнул и стал похож на мокрого шипящего кота. Лизка рассмеялась и сообщила ему об этом, на что Марк вновь, уже вслух, окрестил её дикой кошкой.

— Спорим, скоро ты будешь царапать уже не моё лицо, вырываясь от меня, а мою спину, выгибаясь от удовольствия? — Марк окончательно обнаглел и встал напротив девушки, преградив узкую пешеходную дорожку.

— И не надейся, — Лиза совсем не собиралась сдаваться.

— А если так? — он чуть наклонился, подался вперёд и взял её ладонями за плечи. Лица оказались непозволительно близко, и Марк уже прикрыл глаза, чтоб начать поцелуй, но Лиза как-то умело отодвинулась, он промахнулся, не удержал шаткое равновесие и упал на жёсткий асфальт, успев выставить ладони.

— Блять, ну ты и сучка… — он уселся на тротуаре по-турецки и с восхищением посмотрел на Лизу уже снизу вверх.

— Нравлюсь? — заносчиво спросила девушка.

— Ага… — протянул Марк и медленно поднялся. Он чувствовал себя охотником, который скоро попадётся в свой же капкан, и почти дрожал от предвкушения и азарта. Лиза не спускала с него глаз, и от столкновений взглядов, казалось, искрится воздух.

— В какой стороне море? — сменила тему Лиза, понимая, что пауза затянулась, и огляделась.

— Где-то там, — неопределённо мотнул головой Марк. Поплутав по улочкам, они всё же вышли к набережной и пошли вдоль неё, ища дикий пляж с открытым входом.

— Идём сюда! — Лизка свернула на песок, скинула босоножки и босиком побежала к воде. — Догонишь? Или бег — уже не твоё, дедуля?

— Хера с два! — категорично не согласился Марк, поднапрягся, догнал и толкнул девушку в воду, весело смеясь.

— Эй, ну так же нечестно. Офонарел? — взвизгнула она, побыстрее поднимаясь, и сокрушенно уставилась на свою намокшую одежду.

— Снимай! — властным полушепотом приказал Марк, но Лиза показала ему фак и побрела вдоль кромки. Он огляделся её с ног до головы и крикнул:

— Не, не, слышь, ты права, не снимай, так ещё круче вид. Ахуенный, я б сказал. Я бы щас…

— Ну что, что бы ты сделал? — неожиданно обернулась к нему Лиза. — Давай. Я посмотрю, на что ты способен.

— Э… — Марк оторопел, не ожидая такого резкого поворота, и глупо смотрел на облепленную мокрой тканью красивую Лизину фигуру, особенно на грудь с выступающими торчащими сосками. — Ну, сначала я бы сделал так…

Он подошёл ближе, встал напротив и коснулся губ нежно и даже робко, не давая воли рукам, что оставил на середине её спины. Лиза удивилась, ожидая гораздо большего напора, а Марк разорвал касание, отодвинулся, сел, обхватив колени, и спросил, глядя на волны:

— Ты ждала чего-то другого? Не сейчас. Теперь моя очередь водить тебя за нос.

— Эх, Марк, — Лиза рассмеялась и села с ним рядом, наплевав, что всё будет в песке, — какой же ты…

— Какой? — он повернулся к ней и хитровато глянул исподлобья.

— Непутёвый, как моя бабушка ни скажет, — Лизка потрепала его по голове и отвесила лёгкий подзатыльник.

— Вот это ты зря сейчас сделала, — низко рыкнул Марк и опрокинул её на песок. Новый поцелуй был уже гораздо более раскованным, и они вцепились друг в друга, перекатываясь по пляжу.

— Чёртов песок, — отплёвываясь, огорчилась Лиза. — На кого мы похожи?

— На песчаных тушканчиков, — глубокомысленно ответил Марк, перевернулся на спину и долго смотрел в светлеющее небо, в котором таяли редкие звёзды, а Лиза сидела рядом, пытаясь хоть чуть-чуть придать себе приличный вид, и чему-то улыбалась.

11. Дикий пляж

Антон и Вера шли по улице и целовались почти на каждом углу, как влюбленные подростки. Верке давно не было так хорошо. Она чувствовала себя по-настоящему свободной и светилась счастьем. Антона тоже всё устраивало, и он наслаждался жизнью.

— Давай зайдём в магазин? Купим самую простецкую палатку и останемся на том пляжике с ночёвкой? Хочешь?

— Хочу, — радостно согласилась Вера и закружила Антоху в веселом танце прямо посреди улицы. — И чем же мы займёмся ночью?

— Будет много секса, — нисколько не смущаясь, пообещал Антон, вжимая Веру в себя и замедляя кружение, — и немножко болтовни под звёздами. Или предпочитаешь наоборот?