— Чувствуешь свой вкус? Охуительный… Ну всё, теперь держись, — бормотал он, разбираясь с презервативом, — я очень сильно хочу тебя. Ну-ка, не лежи бревном, подвигайся.
— Антох, так подожди, я отдышусь, — засмеялась Вера, не спеша усаживаться на него. — Потерпи.
Он помотал головой, сам перевернул её так, как нужно, и кончил через полминуты активных толчков.
— Вот теперь можно и отдохнуть, — Антон развалился на всю ширину палатки и уложил голову Веры на своё плечо. — Верка, ты очень классная.
— Ты тоже, — шепнула она и прислушалась. — Антон, давай оденемся на всякий случай. Там, кажется, кто-то ходит.
Антоха лениво выглянул из палатки и сообщил:
— Да, какая-то компания пришла. Но они устроились дальше, не помешаем друг другу. Смотри, уже стемнело. Меня всегда поражает, как быстро на юге наступает ночь. У нас в Питере всё так постепенно, долгие сумерки, а здесь — бац, и будто мешок на голову надели.
— Антон, — Вера оделась и села на песок, глядя в звёздную ночь, — а Питер — правда хороший город?
— Он особенный, — отозвался Антон, разбираясь с костром, — не всем подходит. Знаешь, такой тяжёлый и даже мрачный… Но я его люблю.
— Город для творческих людей, да?
— Да, особенно центр. Мы с парнями, когда ещё совсем пацанами зелёными были, очень любили в центре тусоваться. Шли такие с пивом к Медному всаднику, планы на жизнь строили.
— Антон, а как думаешь, — глядя на ярко разгоревшийся костёр, спросила Вера, — я смогу привыкнуть к Питеру, если перееду? Вдруг получится перевестись в один из университетов.
— Зачем? — стал серьёзным Антон и довольно жёстко сказал. — Из-за меня? Не вздумай. У тебя своя жизнь. Я не хочу её ломать.
Вера почувствовала, как к глазам подступают слёзы, и поспешно отвернулась. Антон подошёл и обнял её сзади, чувствуя, что их заносит куда-то не туда. Марк, зараза, был прав, когда говорил, что с Верой не прокатят лёгкие отношения на пару ночей.
— Вер… Ну не плачь… Серьёзно, что я смогу тебе дать? — попытался найти себе оправдание Антон. — Мы то репетируем сутками, то зависаем на гастролях, на съемках… Меня и дома не бывает.
— Я всё понимаю, прости. Нет, я ведь просто так спросила, — Вера украдкой стёрла со щеки скатившуюся слезинку и улыбнулась. — Всё хорошо.
12. Прогулки
Утреннее солнце выкатилось на сочно-голубое небо и озарило море яркими лучами. Марк зажмурился, ослепленный блестящей рябью волн, и чихнул.
— Будь здоров, — небрежно бросила ему Лиза. — Слушай, Марик, дай мне свою футболку.
— А? — Марк, уже словивший отходняк после бурной ночки, перевёл на неё непонимающий взгляд и нахмурился.
— Дай я переоденусь в твою одежду, — нетерпеливо повторила Лиза, ёжась от неприятных ощущений, что дарила намокшая ткань. — Я не брезгливая. Не пойду же я в гостиницу во всём мокром.
Марк кивнул, стянул чёрную брендовую футболку и приподнял верхнюю губу в оскале:
— Тут нет кабинок для переодевания. Куда планируешь спрятаться от меня?
— Никуда. Просто отвернись, — Лизка толкнула его в голую спину, и Марк покорно развернулся к морю, но не утерпел и через пару секунд украдкой повернул голову обратно. Лиза медленно стянула топ, под которым ничего больше не было, и будто специально потянулась, заложив одну руку за голову.
— Нихуя себе, — бормотнул Марк, переглотнул, не отводя взгляда от её груди, крепкой, подтянутой и упругой, плоского живота, загорелой кожи, прислушался к своим ощущениям и разочарованно выдохнул. Возбуждение подступало издалека, но останавливалось, словно наталкиваясь на стеклянную стену. Пах не тяжелел, настроение совсем опаршивелось, и помрачневший Марк отвернулся, упав на песок. Довольно умная и догадливая Лиза, сопоставив все факты, засмеялась, надела футболку, которая была ей немного длинна и очень широка в плечах, и подошла к нему.
— Плохо тебе, Маричка? Меньше пить надо.
— Да, да, мне плохо! У меня куча проблем, это ты хочешь знать?! — взорвался он, взбешенный её издевательским тоном, вскочил и оттолкнул девушку. — Тебе какое дело? Отстань от меня.
— Спокойнее. Ты что на меня орёшь? — ни капли не испугалась Лиза. — Во всех твоих неприятностях виноват только ты сам. Подумай об этом, придурок.
Марк ничего не ответил, плюнул на песок и пошёл к гостинице. Лизка расправила подсыхающую юбку, подумав, что в таком наряде выглядит как сумасшедшая рокерша, и снова улыбнулась. Футболка впитала ощутимую смесь чисто мужских ароматов: табака, дезодоранта, резкого парфюма и чего-то ещё. Лиза выразительно сморщила нос, но потом словно почувствовала себя в объятиях Марка, и в этом был свой странный шарм соблазна.