Тут он замолчал секунд на десять, и со смехом добавил.
— Граф Дракула. Симпатичный, ну правда же, а?
Марк внимательно посмотрел на девушку, которая искренне рассмеялась от такого представления, и вспомнил:
— Ты! Ты что-то мне хотела вчера рассказать о США и капитализме, но нас прервали некоторые… Необразованные…
— Чернокнижники, — ввернул Антон и сунул Марку кружку с кофе.
— Блин… — шёпотом выругался он. — Чернокнижники… Антох, не знаешь, так не суйся. Дай я поговорю. Тебе вот до истории вообще дела нет, а ведь история — это…
Марк многозначительно поднял палец вверх, а Вера, откусив бутерброд и почти прожевав его, подхватила:
— История — самый лучший учитель, у которого самые плохие ученики.
— О! Учитель… — Марк моргнул, переваривая услышанное, а Антон снова подколол его:
— Ну ты у нас тот ещё историк, — он посмотрел на Веру, увлечённо переводящую взгляд с Марка на него и обратно, и пояснил. — Любитель влипать в разные истории, которые его ничему не учат.
— Ну… Твоя правда, — кивнул Марк и отпил наконец из кружки. — Нет, я ведь, хоть и актёр, на самом деле серьёзно интересуюсь всеобщей историей, экономикой, мироустройством. Вот послушай.
Вера внимательно выслушала эмоциональный, но, честно говоря, мало информативный монолог, и успела перебить его до того, как Марк набрал воздуха и открыл рот для новой тирады.
— Простите, как вас зовут? А то вот с Антоном мы знакомы, а…
— Мистер Болтун, — представил друга Антон, который уже успел почти доесть свой завтрак и внимательно наблюдал за Верой. — Человек и пароход. Актёрище.
— Вообще-то я Марк, — он задумался и сбился с мысли.
— Очень приятно, Марк. А меня Вера зовут.
— Вера — аспирантка истфака, — многозначительно добавил Антон.
— Аспирантка? — Марк почесал подбородок и улыбнулся. — Учёная, да? До такого уровня мы ещё с тобой не дотягивались, Антох.
— А ты у всех своих…кхм… женщин спрашивал степень образования?
— Я вообще-то не о том, - Марк бросил на него уничтожающий взгляд, но потом улыбнулся. — Ладно, проехали.
— Вера, а ты сейчас куда собираешься пойти? — Антон скользнул взглядом по её обтягивающей майке и коротким джинсовым шортам. — На пляж или экскурсию какую?
— Честно говоря, мне больше нравится активный отдых, — Вера повернулась к Антону, и он разглядел, что глаза у неё точно такого же цвета, как у него самого. — Но искупаться хочется. Пока Лизка, подружка моя, ещё спит.
— А пойдёмте сейчас все вместе на море, — предложил, поднимаясь, Антоха и подал Вере руку, — а потом рванем в экстрим-парк. Мы с Марком хотели в пэйнтбол поиграть.
— Да, пошли, — оживился Марк, до этого звеневший чайной ложкой о пустую кружку, тоже встал, пристроился рядом с Верой и завёл новый разговор, активно жестикулируя и перескакивая с темы на тему. Девушка, сперва молча его слушавшая, освоилась и начала возражать, а Марк упорно доказывал свою точку зрения, считая её единственно правильной.
— Марик, Вера сюда вообще-то отдыхать приехала, — вмешался Антоха, когда они остановились у дверей номера, чтоб переодеться и захватить полотенца, — а ты пристаёшь к человеку со своими бреднями.
— Нет-нет, мне очень интересно! — возразила Вера, не спеша идти к себе. — Ты очень увлекательно рассказываешь. Только вот, Марк, мне кажется, что твои знания… Прости, но в голове у тебя каша.
— У меня каша? — тут же взвился он. Антон деликатно кашлянул, но Марк придерживать коней не собирался. — Да ты знаешь, сколько я прочитал книг? Думаешь, раз у тебя образование лучше моего, то ты самая умная, да? А может, это не я такой тупой, а ты дурочка?
— Вер, — тихо отвёл закусившую губу девушку под руку Антон, — не обращай внимания. Он очень эмоционален. Сейчас наедет, а потом раскаиваться будет, что обидел. Иди в номер. Встретимся внизу через минут десять, ладно?
— Хорошо, — Вера быстро ускользнула в номер, а Антон укоризненно посмотрел на Марка.
— Ну чего ты как маленький? Упёрся, как осел… Девчонка же она, и не глупая. С тупыми журналистками так будешь разговаривать.
— Отвали, — бросил Марк и встал у окна. Он не любил признавать своих ошибок, но сейчас согласился, что чуть перегнул палку. Да и ладно б это была простая девушка, но Антон явно имел на неё виды, и надо было вроде как извиниться. Марк вздохнул и склонился к сумке за полотенцем.