Между тем собеседник мялся, явно желая что-то сказать. Это несколько удивляло: по моим наблюдениям, начальник артели не страдал от неуверенности или излишней застенчивости. Любопытно. Пожалуй, стоит его чуточку подтолкнуть…
— Я могу вам ещё чем-то помочь?
— Э-э, не зайти ли вам к же… вдове? — отводя глаза в сторону, он неловко поскоблил квадратный щетинистый подбородок. — Скажете, что со страховкой всё в порядке. Хоть Клима и лодку страховала артель, ей тоже причитается часть…
Он добавил немного какой-то льстивой ерунды о том, что я-де человек городской, а, следовательно, умный и уважаемый, и прочую чепуху в том же роде, пытаясь убедить меня навестить вдову погибшего. Я не мог понять, в чём дело.
— Почему бы вам самому её не проведать? Мне кажется, в такой ситуации появление знакомого в большей степени…
— Нет-нет! — перебил меня начальник. — Напротив…
Вероятно, осознав, что со стороны его поведение выглядит по меньшей мере необычно, умолк.
Это становилось интересным. Начальник артели по какой-то причине не хотел встречаться с женщиной, потерявшей мужа и сына. Я бы даже сказал, что сама мысль об этой встрече его тревожит. Почему? Чувствует вину перед женой погибшего? Или есть иные причины?
Профессиональная интуиция молчала. А логика подсказывала, что будь дело хоть сколько-нибудь сомнительным, председатель не стал бы отправлять страхового детектива туда, где тот мог узнать что-то лишнее. Скорее всего, он просто не знал, как разговаривать со вдовой или боялся женских слёз. А, может, женщина попросту была склочной мегерой, с которой ему не хотелось лишний раз связываться?
— Ладно, я это сделаю. — В конце концов, мне не сложно выполнить просьбу председателя. Да и беседовать с родственниками пострадавших не впервой. Наверняка много времени это не отнимет. Заодно и проверю, что к чему. На всякий случай. — Как проехать к её дому?
Начальник артели посмотрел на меня со смесью облегчения и, как мне показалось, некоторого стыда. В этот момент он походил на начинающего мошенника, радующегося, что его мелкое жульничество удалось и в то же время испытывающего неловкость перед жертвой.
— Вы не обязаны это делать и если не хотите…
По лицу было видно, что фраза далась ему нелегко.
— Отчего же, — возразил я. — Так как мне её найти?
Что бы ни творилось в голове собеседника, сопротивляться он больше не мог.
— Вы туда не доедете, разве что часть пути… В общем, отсюда сначала нужно выйти на главную улицу, по ней — до конца, а дальше в гору.
Что ж он сразу не сказал, что требуется карабкаться по скалам? — подумал я. — Не в этом ли причина его нежелания отправляться туда самому?
Но отказываться было поздно. Надевая плащ, я спросил:
— Мне передать что-нибудь от вашего имени?
Начальник артели поглядел на меня с таким видом, точно я предложил ему напиться керосина. Лицо его побагровело настолько, что я забеспокоился всё ли в порядке у него с сердцем. Наконец, председатель отрицательно мотнул головой. Пожав плечами, я предупредил, что ещё вернусь, и, не прощаясь, вышел.
На улице было сыро. Бледные лучи сентябрьского солнца с трудом пробивались сквозь изжелта-серые бесформенные клочья туч. Сильно пахло водорослями и рыбой.
Домишко, служивший конторой, находился примерно посередине длинного крутого косогора, разделявшего посёлок и пристань. Отсюда море казалось выцветшей зеленоватой равниной, только у самого берега, одна за другой, скользили тонкие пенные полосы волн.
У причала покачивались несколько рыбацких лодок и катеров. На каменистом берегу, за рядами пустых вешал для сушки сетей, у приоткрытой створки большого дощатого сарая, полукругом расположились фигурки в тёмных робах и зюйдвестках. Судя по позам и резкой жестикуляции, рыбаки о чём-то спорили. Потом двое отделились от группы и начали подниматься к посёлку по крутой деревянной лестнице.
Это напомнило о деле — меня ведь тоже ожидало восхождение. Заранее начиная сожалеть о взятом на себя обязательстве, я двинулся в сторону домов.
Улица, о которой говорил начальник артели, была в посёлке не только главной, но и, по сути, единственной. Лишь здесь прослеживалась привычная схема застройки: два ряда зданий вдоль дороги. Остальные строения этого захолустного приюта рыбаков бессистемно разбросало вокруг, словно кубики после детской игры.