Меня уводят вниз и сажают в какую-то машину. Замечаю припаркованный недалеко автомобиль Дэна. Даже не верится что я сидела там рядом с ним несколько часов назад. Ощущение, что это было в другой жизни, словно прошла вечность. Моя шубка осталась где-то в доме, я зябко ежусь и закрываю глаза. На меня находит какая-то аппатия и отупение. Это моя защитная реакция на последствия сильного стресса, также было и после смерти мамы. Перестаю реагировать и замечать, ничего не воспринимаю и не чувствую, снова ушла в свой кокон. Пустым взглядом осматриваю двор, везде люди, машины, скорая. Не двигаюсь даже когда машина трогается с места и меня увозят. В тюрьму наверно без каких либо эмоций думаю про себя.
Меня заводят в одиночную камеру и снимают наручники. Полицейский, который сопровождал меня объясняет, что это изолятор временного содержания. У стены стоит койка, к ней я и направляюсь. Я так устала, что ноги отказываются держать. Заваливаюсь на жёсткую узкую койку и закрываю глаза. Проваливаюсь в беспокойный сон, сплю урывками. Мне сниться мама, она почему-то недовольна мной. Затем картинка резко меняется и я опять в кабинете, нажимаю на курок, но Сотников не умирает, а продолжает наступать на меня, с него капает кровь, но он только хохочет и хватает меня за волосы. Я просыпаюсь от собственного крика. Дико озираюсь по сторонам, не сразу соображаю где нахожусь. Окон в камере нет, поэтому не понимаю сколько сейчас времени и наступило ли утро. Мне зябко и неудобно в тесном платье, ноги в сапогах отекли. На железном столике замечаю еду и пакет. В нём обнаруживаю свой тёплый домашний костюм и мягкие кроссовки. Держу в руках свои вещи, а по щекам невольно текут слезы. Даже нет сомнений кто это всё привёз. Я сама себя загнала в эту камеру, поэтому даже думать не должна о нём. Должна отпустить его, должна постараться не думать каждую секунду. Но как же хочется сейчас оказаться в его надежных объятиях, вдохнуть его неповторимый аромат.
В тишине камеры разносится лязг открываемой металлической двери и я вздрагиваю. Заходит полицейский, а за ним тот, о ком я мечтала пару секунд назад.
- Дэн - выходит хрипло и надсадно.
- У вас не больше пятнадцати минут. Денис Владимирович извините, больше не получится.
Дэн коротко кивает, при этом не отрывает от меня взгляда. За ним закрывается дверь и мы оказываемся один на один. Он выглядит уставшим, помятым, на скулах ссадины и кровоподтёки. Хочется броситься ему на шею, но останавливает его каменное лицо с нечитаемым выражением. Мне кажется передо мной стоит тот Дэн, которого я встретила в первый раз. Не мой, чужой. Но я должна его обнять, в последний раз. Я чувствую, знаю - это последняя наша встреча. Делаю шаг вперёд, ещё, потом бросаюсь ему на шею.
- Любимый - всхлипываю, крепче обнимаю, утыкаюсь носом ему в грудь. Тело Дэна каменеет, он не отвечает. Я не сдаюсь, беру лицо в ладони и целую в твёрдые сжатые губы. Но они привычно не раскрываются навстречу, не отвечают.
- Пожалуйста. Поцелуй... - шепчу ему в губы.
Дэн сдавленно стонет, хватает меня за талию, приподнимая над полом и обрушивается на мои губы. Поцелуй получается злым, карающим. Но я и за это благодарна ему.
- Спасибо - шепчу истерзанными губами. -Прости меня!
- Какая же ты дура - впервые подаёт голос Дэн.
Я сама знаю, что дура. Собственными руками разрушила своё счастье, будущее. Стала таким же убийцей, как и тот кому я мстила, встала с ним на одну ступень. Никакого удовлетворения я не чувствую, никакого покоя я не получила. Наоброт кинула себя в вечный огонь страдания. И разбила сердце самому близкому человеку. Об этом кричат его глаза напротив. Они пылают огнём, бешенством и самое ужасное - разочарованием. Он доверял, просил того же в ответ, а я предала.
- Идиотка - опять цедит зло. - Что же ты наделала?!
Целует вновь, но на этот раз нежно. Язык мягко обводит губы и проникает внутрь. Так сладко, так чувственно. Не смотря на всю кошмарность ситуации, я чувствую возбуждение. Выдыхаю ему в рот и сжимаю пальчики в его коротких волосах. Захват Дэна становится крепче, он откидывает мои волосы за спину, спускается поцелуем к шее и застывает. Резко отпускает меня и отшатывается.
- Что это? - он показывает пальцем в район шеи. - Это засос?!
Боже, только не это! Богдан умудрился пометить меня, больной ублюдок.
- Это не то, что ты думаешь. Я с ним не...
Но Дэн не даёт мне договорить.
- Ничего не хочу знать. Меня теперь не интересует, что происходит с тобой.