- Поехали домой. Няня говорит, что у ребёнка поднялась высокая температура.
Ребенка? Какого ребёнка? Я перевожу растерянный взгляд на Дашу. Случилось то, чего я боялся больше всего. Скорее всего это её муж и у них ребёнок, а я повёл себя как последний идиот. Надежда, которой я горел буквально минуту назад, умирает, на этот раз навсегда. Рука бессильно падает, Даша шепчет: -Прости - и уходит. Уходит с ним, оставляет меня посреди людного ресторана разбитого, убитого без единого шанса на жизнь.
Глава 33. Даша
В салоне машины висит напряжённая тишина, пока мы с Грэгом едем обратно домой. Впервые нам не о чем говорить, да и собеседник из меня сейчас не самый лучший. Я оглушена событиями последнего часа. До сих пор не могу прийти в себя от шока. Я видела Дэна, он был от меня так близко, стоило только протянуть руку и коснуться. Я хотела этого больше всего в жизни, но не посмела, только не после того, что сказала Арина мне в туалете ресторана.
- Дэн не должен тебя видеть. Он только пришёл в себя. Ты как чума оставила после себя одни разрушения и разбитые жизни. Нашей семье столько всего пришлось пережить из-за тебя! Ты знаешь, что он сидел год? Что он чуть не погиб за решёткой? Знаешь, что наши родители постарели за этот год лет на двадцать, а недавно их не стало? Сначала папа, а через месяц и мама. Нет конечно. Откуда тебе знать! Ты же живёшь припеваючи в Лондоне!
Злые слова летели в меня как ножи и раскорчевывали мои незажившие раны. Но больнее было от того, что пришлось пережить Дэну. Я действительно ничего не знала, ведь он отправил меня далеко, а сам расхлебывал последствия моих идиотских поступков. Сейчас оглядываясь назад понимаю, как глупо я себя тогда повела. Не доверилась,не захотела слушать. Дэн просто просил подождать немного, ведь он работал наизнос, только для того, чтобы наказать Сотникова. А мне глаза застелила кровавая жажда, которая затуманила мозги. Променяла любовь на одиночество, на непроходящую боль в груди. Любимый сколько же тебе пришлось пережить из-за меня! Из груди рвутся рыдания, я так хочу к нему, так хочу сказать ему, что у него сын, но не знаю имею ли я на это право после того, что я сделала. Когда Грэг сказал, что у Дэнни жар я видела как у Дэна потухли глаза. Он наверняка предположил, что ребенок от Грэга, а я не стала его переубеждать. Надо рвать наживую, дать понять, что у меня своя жизнь, как бы тяжело мне не было. Ему без меня будет лучше, я и так причинила Дэну достаточно страданий.
- Это был отец Дэнни? - Грэг смотрит сердито, будто я в чем-то виновата перед ним.
- Хотя можно и не спрашивать - это очевидно, они так похожи, просто удивительно.
Ничего не отвечаю просто отворачиваюсь к окну.
- Почему он назвал тебя другим именем, Даша...
На английском мое имя звучит не очень, я морщусь от того, как Грэг коверкает его.
- Так звали меня в России.
- Надеюсь он не будет доставать тебя. Он же не знает, что у него есть сын?
Мне хочется попасть быстрее домой к моему малышу, хочется тишины и все эти бестактные вопросы соседа, только раздражают меня.
- Не знает - отвечаю я.
- И что ты собираешься делать?
- Да не знаю я. Я не ожидала, что он вновь появится в моей жизни, думала больше никогда не увижу. - перехожу на крик. Нервы ни к черту, еще и Грэг лезет в душу.
- Достал! - цежу я на русском. Одергиваю руку, когда тот пытается взять её у свою.
Грэг чувствует мое состояние, вопросов больше не задает и не лезет с ласками. Он наверно имеет право злиться, ведь он возлагал большие надежды на это свидание. Если еще сегодня днем я тоже могла думать, что у нас может что-то получиться, то сейчас уже уверенна ни с кем и никогда. Мне нужен только один мужчина рядом, но если этому не суждено быть, то я посвящу свою жизнь нашему сыну.
У моего малыша действительно высокая температура, глазки лихорадочно блестят, щёчки красные. Я теряюсь, ведь раньше никогда такого не было, Дэнни очень редко болел и здоровье у него было отменное. В доме даже нет ни одной жаропонижающей таблетки. Сегодняшний день просто напросто меня доконает, но я приказываю себе собраться. Быстро переодеваюсь в свою любимую мягкую пижаму и вспоминаю, что делала мама когда у меня поднималась температура. Обтирание - самый верный способ. Знаю, что здесь его не практикуют, но это самый действенный и безопасный способ снизить температуру. И он действительно помогает, менее чем через час, чувствую, что лобик уже просто тепленький, а не горячий как печка. Это видно и по поведению Дэнни, он словно ожил и носится по дому. Каждые пятнадцать минут я заставляла его ещё пить водичку и от всей души надеялась, что лекарства пить нам не придётся. Дэнни унаследовал от меня нелюбовь ко всем видам таблеток и сиропов, даже витамины не могла уговорить выпить.