Дженнифер кивала, соглашаясь на все его предложения, а потом ассистировала ему, когда он снова и снова пытался подобрать химикаты. Она ушла, когда солнце село за горизонт. Завтра лорд Лукас решит, как лучше выбираться из замка, чтобы никто не подумал чего-то лишнего. А через неделю они будут уже далеко!
План был замечателен. Дженнифер весь вечер сидела, как на иголках, мысли её скакали, она думала то о матери, то о графе Вортон, который похитил её насильно и которму она ничего не должна. Да, он похитил ее, а она сбежала, квиты. Её очередь оставить его в дураках! Лукас — это её шанс — стать счастливой! Несколько дней — и она навсегда покинет замок Сидал, навсегда простится с этим местом, которое чудилось ей золотой клеткой, а оказалось на проверку замком заколдованного принца. Она расколдовала принца, и замок готов выпустить её!
— Мисс Лейси! — в дверь постучали.
Дженни вздрогнула. Она уже приготовилась ко сну, но вскочила, узнав голос миссис Хамфри.
Та быстро вошла, стоило Дженнифер открыть защелку замка.
— Вот, — она положила перед ней лист бумаги, — смотрите, что мне удалось раздобыть!
Лицо миссис Хамфри было взволновано, белая рубашка развевалась от быстрого шага, и Дженни вдруг узнала в ней того призрака, что когда-то подливал ей в кружку яд. Она отпрянула, но выражение лица миссис Хамфри было настолько тревожным, что Дженнифер взяла лист и пробежала его глазами.
Это было письмо. Воспитатель лорда Лукаса мистер Эриксен, этот пожилой джентельмен, всегда доброжелательный и такой добрый на вид, писал ответ на неизвестное письмо графа Вортон, где они обсуждали слишком тесные отношения между лордом Лукасом и Дженнифер.
«Надеюсь, вы уже в пути, ваша светлость, и не позволите свершиться непотребству», — заканчивалось письмо.
Дженни в ужасе смотрела на миссис Хамфри.
— И когда он написал первое письмо? — спросила она жалобно.
Миссис Хамфри пожала плечами.
— Мне удалось перехватить только это. Когда началась переписка, я не знаю. Но я решила, что вам будет интересно узнать, что граф думает о вас.
Доверять женщине, которая когда-то приходила к ней с ядом, Дженни не могла. Но ужас, охвативший ее, был настолько силен, что она готова была довериться кому угодно, только бы не оказаться женой его светлости!
— Я… Я отнесу это лорду Лукасу! — она подхватила рубашку и выскочила в коридор.
Бумага в её руке, казалось, обжигала пальлцы. Коридор показался ей невероятно длинным, но вот она свернула в комнаты лорда Лукаса и забарабанила в дверь его спальни, не боясь, что кто-то её услышит.
Дверь распахнулась. Лорд Лукас стоял на пороге, а увидев Дженни, тут же втянул её в комнату и захлопнул дверь.
— Что случилось?
Она прислонилась к двери спиной, стараясь отдышаться.
— Дженнифер, за вами гнались волки?
Она покачала головой.
— Хуже. Хуже!
И Дженни протянула ему исписанный лист.
Лорд Лукас изучал его достаточно долго. Лицо его стало совершенно непроницаемым. Он отошёл от двери к столу, на котором горели свечи, сел на стул. Дженнифер последовала за ним и тоже села.
— Что нам делать? — спросила она, когда он закончил читать.
Лорд Лукас повернул к ней голову.
— Ничего. План остаётся тем же. Если отец приедет, то мы просто уйдём ночью. Ему не удастся меня удержать. Но сейчас я должен доработать систему фиксажа. Я сегодня весь вечер, с тех пор как вы ушли, думал над тем, что в формуле нужно что-то изменить. И, знаете, я кое-что должен проверить.
— Вы так спокойны? — Дженни вцепилась ему в руку, — давайте уедем завтра!
— Если вы так спешите, то можно и завтра, — он пожал плечами, — но я бы не спешил. Отец все равно не поверил старому брехуну, и даже если и приедет, мне он поверит больше, чем гувернеру. Думаю, он уволит этого человека, который тут задержался только из милости, потому что, как вы понимаете, я в наставниках давно не нуждаюсь.
Дженни сдалась.
— Хорошо. Только пообещайте, что не будете откладывать отъезд и дальше!
Он взглянул на неё и заулыбался, вселяя надежду.
— Конечно же нет, Дженнифер. Я знаю, что вы переживаете, дорогая моя. Но, поверьте мне, я хорошо знаю отца. Сейчас очень важно окончательно доработать систему, потому что больше нигде не будет такой хорошей лаборатории и таких удобных условий, пока я не найду приличное жилье и не оборудую все заново. А когда это случится, вы же понимаете, неизвестно. Дайте мне время. Дайте три дня. Я уверен, что за три дня ничего не произойдет.