Аня вообще была необычной девушкой, как бы банально это ни звучало. Все считают ее либо красивой и милой девчонкой, без труда покоряющей мужские сердца, либо же злобной стервой. В первую категорию входят большинство мужчин и те, кто очень плохо ее знает, а остальные придерживаются неприязни к ней. Безусловно, есть и исключения, например – я. И еще некоторые ее друзья, с которыми я плохо знакома. Эта категория людей относится к ней хорошо, с любовью и пониманием, даже несмотря на иногда нестерпимый характер.
Сама Анька, хоть и может показаться редкостной грубиянкой, но на самом деле она очень добрая и заботливая. Опять же, все зависит от людей, которые находятся рядом с ней. Серова очень любит животных, что у некоторых совсем не вяжется с ее холодным образом. Я как-то увидела, как девушка тихо всхлипывает, смотря какое-то грустное видео про собак. Она сильно злится, когда читает новости о живодерах, и в своей манере выражает желание защитить братьев наших меньших.
К своим младшим братьям Аня тоже относится крайне трепетно. Перед поездками в родной город, подруга всегда идет на работу чтобы получить как можно больше денег. И все свои накопления она тратит на подарки маленьким Саше и Артему. В общем, Серова Анна – невероятно интересная и многогранная личность, просто некоторые отчаянно не желают принимать это.
Я улыбнулась своим мыслям и подошла к подруге, чтобы помочь ей нарезать овощи к салату.
5. Назревающее веселье
Глава 5.
Готовили мы долго. Долго и мучительно. Но так считала только я, потому что Анька искренне наслаждалась процессом, хоть он и занял больше четырех часов. За это время мы успели приготовить обожаемую Серовой карбонару, борщ, который я не ем, два салата и брускетты с моцареллой и помидорками черри. А еще в духовке запекался ароматный персиковый пирог. Не знаю зачем нам столько еды, но я была рада, что в готовке не будет смысла еще дня три.
Серова весело подпевала какой-то популярной песне и, пританцовывая, штурмовала гору грязной утвари, оставшуюся после наших кулинарных развлечений. Я подумала, что было бы неплохо забрать у Сухарева свои тарелки, которые мама любезно отдала мне еще в прошлом году. А то сейчас у нас был лишь необходимый минимум, в который чудом уместилось все приготовленное нами. Мне бы более чем хватило того, что оставила Галина, но на такую компанию в лице Ани и Ильи, с их звериным аппетитом – мне требовалось больше посуды. Кажется, придется снова идти в магазин, но уже за одноразовой утварью.
– Ну что, когда твой Сухарь прибудет? – спросила подруга, вытирая мокрые после мытья посуды руки о джинсы. Кухонного полотенца у меня также не было.
– Не знаю, – пожала плечами я и достала телефон из кармана шорт. – Он еще ничего не написал.
– Так, может, он и не припрется вовсе? – обрадовалась Аня, садясь за круглый стол. Я последовала ее примеру. – А то чего это мы его ждем? Я уже есть хочу вообще-то.
– Можешь налить себе борщ, – с милой улыбкой напомнила я. Сегодня Серова будет давиться только томатным супом. Ничем больше, пока не доест. Не для меня же она его готовила.
– Не хочу я твой борщ, – она обернулась к плите и с жалобным видом уставилась на сковородку с карбонарой, которая терпеливо ждала своего часа. Своего конца, вернее. – Ты – тиран, Левина, – фыркнула она, снова обратив на меня внимание.
– Да что ты? Сама ведь так хотела его. По маминой еде соскучилась, забыла уже?
Ответа не поступило, зато теперь меня прожигал обидчивый и голодный взгляд Ани. Я даже почувствовала себя той самой пастой в ароматном сливочном соусе с кусочками бекона, которую так сильно хотела заточить подруга.
Вместо того, чтобы налить себе бульон, Серова заорала чтобы я звонила Сухареву. Уж очень ей хотелось знать когда приедет ее недруг. Ну, а что, мне не жалко. Я позвонила. Самой хотелось знать.
Ответил Илья не сразу. Лишь после, наверное, седьмого гудка друг соизволил поднять трубку. Я только поморщилась, когда услышала его голос.
– Что, Марта? Ты чего мне названиваешь?! – пытался перекричать он громкую музыку. – Я занят, говори быстрее!
– Ваше Величество, когда вы собираетесь снизойти до нас, – Анька шлепнула меня по ноге, и поднесла палец к губам. – До меня, жалкой, нищей девушки? Мой терем ожидает вашего приезда.