– Какой терем, Левина? – Илья явно был не в себе. Перестал понимать шутки. – Ты уже выпила чего, да? Меня не дождалась, выходит?
– Все еще жду, сударь, – закатила глаза я. Серова беззвучно хихикала, а мне хотелось треснуть ее по рыжему затылку. – Так ко скольки мне тебя ждать?
– Через час я освобожусь и сразу поеду к тебе, – сообщил Сухарев. Теперь я слышала его нормально, он, видимо, куда-то вышел.
– Если через полтора часа ты не будешь топтаться на моем пороге – я все съем сама, – предупредила я, глядя на Аню. Та бодро закивала, будто надеялась, что Илья не приедет. Хотя, так оно и было.
– Услышал. Давай, я напишу, когда буду выезжать.
Сухарь явно удивится, когда помимо меня увидит в новой шикарной квартирке и длинноногую красавицу-Серову. К тому же она будет очень и очень злой. С этого момента настроение голодной Анечки медленно, но верно уходит ко дну. Как бы она и Сухарева не слопала в приступе безумия. Хотя, вряд-ли. Думаю, не настолько она голодна чтобы желать вкусить Илюшиной плоти. Но надеюсь, друг все-таки успеет приехать до того момента, когда Серова совсем сбрендит и начнет крушить дом.
Около часа мы с Анькой смотрели видео про какого-то маньяка и грызли чипсы, которые я предусмотрительно закинула в тележку, пока подруга не видела. Сейчас она якобы сидела на диете, так что разозлилась бы, увидев как я тянусь за упаковкой лишних калорий. Правда, диета у нее работает странно. Во-первых, Анька заставила меня накупить кучу продуктов, далеких от звания “ПП”, и приготовила столько еды, что она еще несколько дней будет стоять в холодильнике, а во-вторых подруга прямо сейчас с упоением поглощает картофельные кружочки. Но я не стала ей этого говорить, опасаясь, что могу попасть под раздачу: сначала за такие слова она забьет до смерти меня, а потом и Сухарева, когда тот войдет в квартиру и увидит мое окоченевшее тело. Скажет, что избавилась от свидетеля, но на самом деле получила кайф и вовсе не жалеет. Пятнадцать лет с небом в клеточку явно того стоили.
У нее и в самом деле были такие замашки. Чего стоит один ее восторженный взгляд, направленный на кровавую фотографию с места преступления, мелькнувшую в ролике. Мы с Анькой как-то неожиданно сошлись на том, что нам нравится смотреть видео в жанре “тру-крайм”. Только вот я любила щекотать себе нервишки и глядела на экран с опасением и, иногда даже, ужасом, а Серова искренне наслаждалась происходящим. Она обожала ужастики, триллеры и все в таком духе, поэтому подобное видео для нее – плевок в океан, не больше.
– Боже, как он крут, – потрясенно покачала головой подруга. Я хмуро покосилась на нее, выключая ноутбук. – Нет, он сволочь конечно, но как же крут!
– С тобой все нормально? – искренне недоумевала я. Что может быть крутого в мужчине, который безжалостно убил шестнадцать человек, да еще и разобрал их по трофеям?
– Он сотворил ТАКОЕ, но его поймали только спустя двадцать лет, Марта! Нет, ты представляешь насколько надо быть отбитым чтобы похищать человека прямо у участка?
Я лишь покачала головой, не зная даже, что и сказать. Я не могла разделить с ней ее странного восторга. К тому же у меня до сих пор оставалось неприятное послевкусие после этого видео. Кадры были жутче, чем обычно.
Еще немного поспорив, мы с подругой решили пойти в магазин, чтобы купить одноразовую посуду. Наверное, нам стоило заняться этим раньше, ведь на улице уже стемнело, но выхода у нас не было. К тому же Анька, вдруг вспомнила о своей диете и настояла на легкой прогулке перед славным пиром.
Через несколько минут мы уже были в супермаркете, второй раз за день. Я была готова к тому, что Серова решит подкинуть на кассу еще чего нибудь “вкусненького”, но подруга была тихой, просто ходила за мной по пятам, пока я искала нужный отдел. И это пугало.
– Ты чего молчишь? – не выдержала я и повернулась к Аньке. Та стояла, переминаясь с ноги на ногу и с каким-то щенячьим взглядом смотрела на меня. Будто уже где-то нагадила.
– Марти, у тебя ведь новоселье, так? – премилым голоском начала подруга.
– Ну? – нахмурилась я, не понимая что она от меня хочет. – Говори прямо. И не смотри на меня так, аж тошно.
И тут Серову прорвало. Все-таки не могла она долго играть роль пай-девочки.