– Во-первых, я вряд ли дойду до такого состояния, во-вторых, лучше самой сдаться. С чистосердечным, повинной и еще чем. Да и Кириешка скорее ногу себе отгрызет, чем за меня вступится, – Анька ухмыльнулась. И что-то подсказывает мне, что такая улыбка у нее далеко не от счастья. Скорее от злобы. – А я ведь бедная слабая девушка… Марти, видишь какой он мужик? Радуйся, что тебе не достался.
Я равнодушно пожала плечами и молча покосилась на Аню. Мы некоторое время шли в тишине, которая разбивалась только о стуки стеклянных бутылок и шелест плотных пакетов. Потом Серова заворчала, устав тащить “груз” и аккуратно поставила его на асфальт. Так бережно она не обращается даже со своим дорогущим телефоном. Хотя это, наверное, из-за того, что смартфон ей подарил бывший.
– Господи, почему магазин так далеко от твоего дома? Район же новый вроде, алкомаркеты должны быть повсюду напиханы, – сетовала на несправедливость застройщика Аня. – Надо было Сухаря твоего дождаться. Нафига мы сами вообще пошли?
– Не знаю, ты же сама настояла, – вспомнила я, но тут же была заткнута.
– Ой, все. Сделанного не воротишь, Левина. Пошли так пошли… а это не Сухарь случайно? С девушкой стоит какой-то.
Я проследила за взглядом подруги и нахмурилась.
– Случайно он.
– Подружка его что ли? – задумалась Серова. Она продолжала внимательно сверлить их взглядом. Как, впрочем, и я.
Илья стоял у своей машины, опершись задом на капот и улыбался какой-то светловолосой девушке. Ее лица я не видела, но судя по рвущейся от радости физиономии Сухарева – она была симпатичной.
У меня что-то кольнуло в сердце. И дыхание перехватило. От разочарования, наверное. Сегодня утром, когда мы с Ильей ждали такси, я почувствовала нечто похожее. Наверное, это сродни ревности. Только ревность у меня была дружеская, или, может быть, соседская. Я до сих пор помнила слова друга о том, что он приведет в дом девушку. Хоть это и было сказано в шутку, но сейчас я подумала – что если в скором времени это произойдет? Мне будет очень неприятно, это точно.
– Черт, он сейчас треснет, – прокомментировала Аня и задумчиво почесала подбородок. – Пойдем идиоту малину обломаем? М?
– Ань, ты больная? – тихо спросила я. – Пусть болтают. Нам-то что?
Серова повела плечом и вдруг вручила мне в обе руки, успевшие порядком надоесть, пакеты. И мой и свой.
– Офигела? Давай сама один неси! – была возмущена я. А лисьи глазки подруги хитро заблестели. – Что опять? – я поморщилась, уже даже не пытаясь понять что творится в ее рыжей голове.
6. Стыд и ревность
Глава 6.
– Ты что делаешь? – прошипела я, глядя, как Серова, оставив меня с покупками позади, направилась прямо к ничего не подозревающему Илье.
Ответа, конечно же, не последовало. Зато начался какой-то кошмар. Мне правда было стыдно, а вот Аньке – вряд ли. Она вообще не знала, что такое стыд. В такие моменты я жалею, что жизнь не научила ее испытывать чувство, столь полезное в некоторых ситуациях. Например сейчас. Почему бы ей не остановиться? Но Серова не умела и этого.
Когда подруга оказалась всего в нескольких метрах от парочки, Сухарев, наконец, ее заметил и в удивлении округлил глаза, а потом нахмурился, явно не понимая что происходит и как в этом районе затесалась рыжая “ведьма”.
– Приветик! – задорно воскликнула подруга. Сухарев и его подружка стояли молча, кажется, не зная что ответить.
Глупые, можно просто поздороваться. Хотя бы ради приличия.
Я все еще думала стоит ли мне идти навстречу позору, или лучше остаться здесь? Но меня пугала мысль, что Серова может выкинуть что-то еще более странное.
Тяжело вздохнув, я двинулась к ним, проклиная себя за тупость, Аньку за беспечность и чертовы пакеты за их тяжесть.
– А мы-то думаем, куда запропостился наш Илья! – громко вещала подруга, ничуть не стесняясь любопытных взглядов редких прохожих.
– Ты что несешь, Серова? – рассердился Илья. – Ты что тут вообще забыла?
– Я несу совесть, Илья, – Анька махнула рукой в мою сторону и лишь тогда Сухарев заметил меня. – Смотри как она страдает! Почему твоя девушка тащит эти тяжести, пока ты флиртуешь с другой?! Без обид, подруга, – обратилась она уже к шокированной девушке.