Снаружи стояла настоящая буря, развернувшаяся в необъятном моему взору пространстве. Она сопровождалась своими верными соратниками - разъярённым ветром, чьи порывы безжалостно сбивали меня с моих усталых, трясущихся ног, холодным дождём, чьи капли заливали глаза, ослепительными разрядами молний и грохочущим, оглушительным громом. Всё это - лишь малая часть той невиданной силы и мощи, что соизволили показать своим верным слугам, отдающим свои жизни служению им верой и правдой, и глубоким глупцам, до сих окутанным слоем сомнения о их существовании, могущественные, древнеславянские Боги.
Я добрался до края холма, но из-за рёва, раздавшегося за моей спиной, и мокрой травы, поскользнулся и кубарем полетел с него, в результате чего, налетев на какой-то камень, отключился.
Очнулся я уже в больничной палате. Когда ко мне вошёл врач, я спросил его, что со мной произошло. Из того, что он мне поведал, я узнал, что с момента моего отъезда до моего обнаружения прошла почти неделя. Где я всё это время бродил, я так и не вспомнил. Нашли меня около какой-то деревушки, после чего отвезли в ближайшую больницу.
Как рассказал мне доктор, когда он впервые меня увидел, то был крайне ошеломлён моим внешним видом: вся одежда разорвана в лохмотья, на теле ни одного живого места, повсюду одни лишь порезы, царапины, ушибы, синяки и раны, а взгляд был, как у настоящего безумца, словно я увидел самого дьявола.
Вскоре меня посетил участковый, но послушав мой рассказ он лишь тихо посмеялся, но я его не осуждаю, ведь будь я на его месте, повёл себя так же. Но, как бы то ни было, на удивление всех, моё физическое состояние быстро восстановилось, и я не долго задержался в этом медицинском учреждении. Когда я уже окреп, меня выписали, предварительно показав психиатру, который выписал мне успокоительное и, даже не поставив на учёт, отпустил.
С тех пор я и шагу не сделал из города, где живу. В полицию я так и не обратился, а о проведении собственного расследования я даже и не думал. Лишь Боги знают, какие ужасные секреты и тайны таятся там, в отдалённых и забытых деревнях и малоизученных территориях нашей земли, где до сих пор сохранились и спокойно живут богопротивные, допотопные культы, спрятавшиеся на задворках нашей цивилизации и нашего обычного мира...
Как я уже писал выше, отголоски той ночи всё ещё преследуют меня как в ночных кошмарах, так и наяву. И как бы я ни старался отвлечься, этот чудовищный хохот забытых временем Творцов, это невиданное море уставленных на меня глаз и это исчадие с алтаря всё приходят и приходят ко мне, медленно сводя меня и мою уже и без того пошатнувшуюся психику с ума.
Но, если честно, то я... я не знаю, сколько смогу это терпеть, но хочу надеяться, что Они оставят меня, освободив мой разум от своих прочных цепей.
Конец