— Это для вас, — сказала она просто.
Мама заглянула внутрь, ахнула и прижала руки к груди. Рони не стала заходить, просто бросила быстрый взгляд. Большая комната, кровать с резным изголовьем, ещё одно окно с видом на сад. Всё дорого, всё красиво.
— Спасибо, Эвелин, — мама прошептала. — Это так великодушно с вашей стороны.
— Пустяки, — Эвелин махнула рукой. — Вы здесь гости, и я хочу, чтобы вы чувствовали себя как дома.
Она закрыла дверь и повернулась ко всем.
— Что касается Вероники, — начала она, и Рони насторожилась. — Боюсь, на этом этаже все комнаты заняты. Но на первом этаже есть небольшая гостевая комната, которая вполне подойдёт.
Пауза. Небольшая, но Рони её почувствовала. Мама нахмурилась, Александр слегка напрягся, а Ева, всё ещё сияющая от счастья, не заметила ничего.
— Я покажу вам, — Эвелин уже двигалась к лестнице, не дожидаясь ответа.
Они спустились на первый этаж, и Эвелин повела их по коридору, который уходил в глубь дома. Здесь было темнее, окон меньше, и пахло не лавандой, а чем-то более простым. Чистящими средствами, может быть. Коридор был узким, стены выкрашены в более тёмный цвет, и картин здесь не было.
Эвелин остановилась у неприметной двери в конце коридора и открыла её.
— Вот, пожалуйста, — сказала она, и в голосе не было ни тепла, ни холода. Просто факт.
Рони переступила порог и огляделась. Комната была маленькой. Очень маленькой. Односпальная кровать у стены, узкий шкаф, тумбочка. Одно окно, небольшое, выходящее на служебный двор. Рони подошла к нему и выглянула. Гараж, хозяйственные постройки, мусорные баки, аккуратно спрятанные за изгородью. Никакого океана, никакого сада. Только утилитарная сторона жизни этого большого дома.
Она повернулась и увидела, что мама стоит в дверях с виноватым выражением лица. Эвелин уже развернулась, собираясь уходить.
— Это временно, конечно, — добавила она через плечо. — Александр говорил, что вы скоро переедете в свой дом.
— Да, конечно, — быстро подтвердил Александр. — Строительство почти завершено.
Эвелин кивнула и удалилась, её шаги эхом разносились по коридору. Александр последовал за ней, бросив на Рони извиняющийся взгляд. Мама осталась.
— Милая, — начала она осторожно, входя в комнату и закрывая дверь за собой. — Это правда ненадолго. Пару месяцев, может, даже меньше. Наш домик будет готов, и у тебя там будет своя комната. Большая, с видом на море, обещаю.
Рони села на кровать, и пружины тихонько скрипнули под её весом. Она посмотрела на маму и заставила себя улыбнуться.
— Мам, всё нормально. Правда. Зато у меня будет своё королевство на первом этаже. Удобно ночью на кухню пробраться, если проголодаюсь.
Мария рассмеялась, и напряжение немного спало. Она села рядом с Рони и обняла её за плечи.
— Ты у меня сильная. Всегда была.
— Просто привыкла, — Рони пожала плечами. — Ко всему можно привыкнуть.
Мама вздохнула и посмотрела в окно.
— Я не ожидала такого. Александр говорил, что его семья обеспеченная, но я думала... ну, знаешь, квартира в хорошем районе, может, загородный домик. Но это...
— Это другой уровень, — закончила за неё Рони.
— Да, — мама кивнула. — Совсем другой.
Они помолчали, и Рони почувствовала, как мама напряжена. Она поняла, что мама боится. Боится не вписаться, не соответствовать, разочаровать Александра или его семью. Боится потерять то счастье, которое только начала обретать.
— Ты это заслужила, мам, — Рони повернулась к ней. — После всего, через что ты прошла. После папы, после... всего. Ты заслужила быть счастливой.
Мария посмотрела на дочь, и в её глазах блеснули слёзы.
— Твой папа звонил?
— Нет, — Рони покачала головой. — Давно не звонил. Он в Шанхае, у него своя жизнь теперь.
— Он любил тебя, — мама коснулась её щеки. — Просто не смог остаться.
Рони ничего не ответила. Отец уехал три года назад, когда денег стало совсем мало, когда мама работала на двух работах, а они с Евой ходили в одной и той же одежде по два года. Он обещал присылать деньги, звонить, поддерживать связь. Первые полгода так и было. Потом звонки стали реже. Потом совсем прекратились. Рони давно перестала ждать.
— Всё будет хорошо, — мама поцеловала её в макушку. — Обещаю. Это новое начало для нас всех.
Она встала и огляделась по комнате.
— Давай принесём твои вещи. Обживёмся потихоньку.
Они вышли из комнаты и направились к машине. По дороге Рони разглядывала дом изнутри. Коридоры, двери, окна. Всё было таким большим, таким чужим. Она чувствовала себя муравьём, забредшим в дворец, где каждая вещь стоит больше, чем всё её имущество вместе взятое.