Пригнувшись, отец и сын поползли вперед, но Пьер вдруг остановился, достал пистолет и, обернувшись, бросил его Малески, а после пополз за отцом, пока оба не скрылись в зарослях. Вскоре Малески услышал шум: очевидно, лесники вскочили и бегом бросились за тварью.
«Я же говорил вам, мсье Шастель, что именно вы убьете бестию». Своевременно заметив нового врага, который уже был готов броситься на него, молдаванин вогнал ему пулю в живот. Со стоном человек упал на землю и больше не двигался. «Осталось еще двое». Он сдвинулся подальше за толстый ствол, когда пуля, вонзившись в дерево, сорвала кусок коры совсем рядом с его треуголкой.
А прямо под носом у Шастелей возник новый противник, который без промедления выстрелил в них из обоих стволов, но, по счастью, промахнулся. Зато бросился на них, подняв над головой мушкет как дубину. Все произошло так быстро, что ни Пьер, ни Жан не успели выстрелить и были вынуждены ввязаться в драку.
Неизвестный явно получил военную выучку, это было видно по тому, как ловко он использовал мушкет, раздавая тычки и удары. Лесник получил прикладом по голове, когда отвлекся на обманный маневр. Пьер едва не получил штыком в живот. Лишь металлическая пряжка на ремне уберегла его от колотой раны, но он, тем не менее, упал на колени и получил удар сапогом в подбородок, после чего лишился чувств.
— Прочь с дороги! — в ярости заорал Жан. — Вы охраняете бестию! Ее необходимо уничтожить.
Уворачиваясь от надвигающегося на него штыка, он несколько раз ударил противника кулаками в грудную клетку чтобы выбить воздух у него из легких.
Едва переводя дух, нападавший отпрянул.
Выхватив серебряный кинжал, Жан подступился к нападавшему и поверх мушкета, который, защищаясь, поднял противник, ударил в шею за ухом, затем дернул клинок на себя, прорезая глубокую рану.
Даже зажимая ее обеими руками нападавший не смог сдержать рвущийся из нее поток крови и рухнул наземь.
Сунув кинжал в ножны, Жан несколькими сильными пощечинами привел в чувство Пьера.
— Идем, сын, — приказал он, подавая ему мушкет. — Нельзя ее отпускать.
Пьер оцепенело последовал за отцом, больше спотыкался, чем шел, но Жан не обращал внимания на состояние сына. Он неотступно прорывался через колючки, которые рвали его платье и царапали кожу, перепрыгивал через камни, ветки били его по лицу, оставляя красные рубцы. Казалось, весь лес сплотился против него, намереваясь защитить бестию от исполненных решимости охотников.
Деревья немного расступились. Отец и сын вышли по другую сторону леса, но не нашли никаких следов оборотня.
— Мы проскочили мимо нее, — бессильно выдохнул Пьер.
Жан стер со лба пот, который жег ему глаза, и уставился на лес.
— Тогда нам нужно назад.
С той же убийственной скоростью они проделали обратный путь, обшаривая глазами землю в надежде найти следы твари.
Задержав дыхание, чтобы не выдать себя, Малески дал неизвестному нападавшему пройти мимо. Лишь когда тот прошел в каких-то двух шагах от него, он поднял заряженный пистолет Пьера, прицелился в затылок и спустил курок.
Дыра, какую проделала пуля, была маленькой, но человек упал замертво.
Осторожно перекатившись на спину, Малески оперся спиной о ствол и скорее всполз, чем поднялся ноги. Подтянул к себе пустой мушкет. Собственно говоря, он хотел убить луп-гару, а не сражаться с подручными его святейшества. Стиснув зубы, он осторожно заложил в оба ствола порох и пули, боль в раненом плече усиливалась.
Он как раз закончил, когда поблизости раздалось злобное рычание.
Малески тут же обернулся, нацеливая мушкет туда, откуда послышался звук. Вот она! Он увидел бестию, которая скорчилась в каких-то шести шагах от него, изготовившись к прыжку.
На сей раз он не повторил собственной оплошности, не заглянул в горящие красным, парализующие глаза, а сосредоточился на длинной безобразной морде и спустил курок. Отдача прошила все его тело до самой раны. Он вскрикнул. Силы оставили его левую руку, и тяжелый мушкет выскользнул на землю.
Когда пороховое облако развеялось, Малески разглядел в двух шагах перед собой вонючее тело бестии. Лившаяся из двух ран в груди кровь сбегала в листву.
— Все-таки я тебя пристрелил, — удивленно сказал он и достал серебряный кинжал, чтобы вонзить его в сердце оборотня.
Опустившись на корточки, он с трудом перевернул бестию на спину, раздвинул задние лапы и посмотрел: самец. Антуан. Молдаванин занес клинок над сердцем и…
…и понял, какую совершил ошибку.