Хватит того, что он вчера на наставника накричал. Сегодня им с Теодорой придётся вместе работать во время ритуала, поэтому Макс не будет думать ни о каких всяких там чувствах. Только о деле.
– Привет, Макс!
Макс сжимает губы. Думать только о деле.
– Привет. Мы идём?
– Конечно... Макс, вот скажи, как, по-твоему, Эми умерла?
От такого вопроса Макс тут же давится кофе и оборачивается, хотя не собирался.
У Эми растрёпанный вид и очень кислое лицо: кажется, разговор о смерти начался ещё по дороге. Теодора выглядит... Как всегда. В любимой красной шляпе и красном плаще, только белый шарф повязала в качестве компромисса с ноябрём. И ещё она смотрит на Макса пристально, неожиданно серьёзно для шутливого тона.
Макс тут же отворачивается обратно к дому.
– Не знаю. Сегодня увидим.
– Да, но ты сам что думаешь?
– Я не знаю.
Пока они переходят дорогу, машины раздражённо бибикают; для них на зебре всего один человек, но стоят всё равно обе полосы.
– Думаю, это должно быть что-то как минимум легендарное, – рассуждает Тео. – В демоны же просто так не попадают. Может, Эми проникла в банк и взорвалась вместе с государственным золотым запасом, чтобы не сдаваться властям...
Представив эту картину, Макс улыбается. Тут же делает снова серьёзное лицо и потом только вспоминает, что со спины его улыбку видно не было.
– Или, например, в своём юном возрасте стала главной наркобаронессой города. Остальные мафиози объединились и открыли на неё охоту, и в итоге Эми погибла под их совместным огнём, рассыпая наркотики с вершины небоскрёба...
– Не помню этого в новостях, – говорит Макс.
– Просто правительство скрывает такие вещи. Уверена, на городском дне всё знают и скорбят по Эми до сих пор.
– Тебя не смущает, что я вот прямо рядом иду?
– Ты тоже можешь высказывать предположения!
– Не хочу. Эй, нет, пуфффти... Блин! Тео!
– Ты слишком мрачная. Давайте поспорим: чья догадка окажется ближе к реальности, тот может загадать одно желание... Ну, Макс, участвуешь? Твоя версия?
Макс спиной чувствует её взгляд. Отмолчаться сегодня явно не дадут.
– Не знаю... Сбил грузовик?
– Нууууууууу, – разочарованно тянет Теодора. – Мог бы и повеселее что-то придумать. Ладно, принято...
– Вы серьёзно?!
– Я ещё раз тебе говорю: не будь занудой и присоединяйся! Это же твоя собственная смерть, извлеки из неё выгоду!
Эми с досадой рычит и открывает наконец дверь дома. Коридор снова солнечно-песчаный; Теодора тут же стягивает верхнюю одежду, оставляя только шарф.
– Макс, послушай…
Дверь зала приоткрыта, и оттуда доносятся обрывки чужого разговора. Эми заходит первой; Макс тут же идёт за ней, чтобы не оставаться с Тео наедине.
Прежде он видел эту комнату только в дорогущей обстановке и с кучей мебели, поэтому впервые обращает внимание, какая она на самом деле большая.
Сейчас в зале из мебели только диван и стол в углу, заваленный кучей вещей: пакеты из-под крови, какие-то доски, бутылки и свёртки. Остальное пространство – светлые стены и светлый пол, весь расчерченный подсыхающими красными линиями. В центре Кристоф на корточках узкой кисточкой пишет текст заклинания, сверяясь с листком. Рядом с ним в воздухе, скрестив ноги, сидит Агус с миской крови; вокруг него плавают остальные черновики, как рыбки в аквариуме.
Агус в полголоса препирается с развалившейся на диване Марион. И ещё один незнакомый демон спит там же, головой уткнувшись Марион в живот. Макс видит только светлые волосы и спину в простой белой рубашке.
– ...чем тебя не устраивает Князь Ужаса? Проверенная временем классика!
– Тем, что это банально. Знаешь, сколько князьёв ужаса было? Больше пятидесяти!
Марион надувает щёки.
– Ладно, тогда... Что-нибудь вроде... Десница, несущая ночной мрак? Ну или что ты у нас несёшь...
– Обычно чушь.
– Цыц, Кристоф, рисуй-рисуй! Мари, все же умрут от скуки, пока будут произносить...
– Давай просто официально закрепим "Красный смех", а? Его и знают уже все.
– Нет уж, никаких официальных титулов.
– Агус, ты невыносим! Знаешь, сколько мороки каждый раз вписывать тебя в отчёты?
Видно, что спор ведётся далеко не первый раз: голоса у всех спокойные, лица расслабленные. Кажется, демоны просто работают радио для Кристофа.
Осторожно переступая через линии, Макс подходит к наставнику и отдаёт кофе. Тот благодарно кивает.
– Спасибо... Эх, растаял. Агги?..
Агус грозит стаканчику пальцем, и на пластиковых стенках появляется изморось. То есть Кристоф сейчас даже по мелочам не колдует, отмечает про себя Макс. Силы бережёт...
– Вас, молодёжь, только за смертью посылать! – строго говорит Марион и тут же хохочет от собственной шутки. Демону на её коленях хохот, кажется, никак не мешает.