Как так, думает Макс, глядя на него. Мы просто стояли, а теперь отскрестись от дивана не можем, а Кристоф этот ритуал подготовил, провёл и уже пошёл дальше делать дела?
Когда я до такого дорасту?
Дверь за наставником закрывается. Демоны у стола в полголоса спорят о каких-то непонятных деталях. Маркус где-то глубоко в своих мыслях; кажется, он ни разу за всё это время не моргнул.
Ладонь Теодоры всё ещё лежит поверх руки Макса.
*****
На улице Кристоф застёгивает плащ и моргает, привыкая к ночной темноте. Машинально хлопает по карманам. Хочется сесть у двери и закурить: голова гудит от мыслей и многочасового выколдовывания.
Ему очень не нравится всё увиденное. Зачем такая сложная комбинация?
Жертвоприношение, проклятие, артефакт... Да ещё и благословение сверху. Дело ведь не только в том, что из Эми насильно сделали демона: из неё сделали демона зачем-то? Ради чего нужно было так мешать магию, это же всё равно что из ракетницы пальнуть...
Хотя нет, неправда. Если бы не Агги с его "интуицией", никто бы так ничего и не узнал. У демонов ведь не принято заботиться о молодняке...
Это, пожалуй, напрягает Кристофа больше всего: что о каком-то происходящем дерьме они узнают совершенно случайно.
Нужно будет пересмотреть, когда остальные закончат запись... В каком-то смысле ему сейчас легче, чем им: его работа закончена, хоть и временно. Не надо пытаться придумать, как, разбираясь со всем этим, не проебать случайно многовековое перемирие. Не надо сразу снова возвращаться к ритуалу ангелов и вспоминать детали…
Хотя он в любом случае слишком устал, чтобы эти детали его задевали. Так ведь?
Кристоф убирает уже вытащенную было пачку сигарет. Сначала нужно найти Эми и привести домой, вот тогда уже можно будет сидеть и курить.
Макс смотрел на него с такой надеждой, будто Кристоф может каким-то образом всё исправить: утешить Эми и стереть все воспоминания об увиденном, а заодно как-нибудь убрать с неё всю полученную при смерти херню... На самом деле Кристоф даже не знает, что ей сейчас сказать.
Ну, придётся что-нибудь придумать.
Кристоф вздыхает и, мысленно отмахиваясь от обрывков ритуала, чертит заклинание; телепорт к Эми у него уже автоматически получается, со всеми переменными.
Он совсем не удивлён, когда на выходе из телепорта видит всё ту же крышу. Кажется, Эми бежит сюда всегда, что бы у неё ни случилось.
Покрытие вокруг изрезано в лапшу и присыпано бетонной крошкой. Оглянувшись, Кристоф видит в ближайшей коробке вентиляции кучу развороченных дыр; содранная с неё алюминиевая пластина валяется рядом, смятая, как бумажка.
Он переступает через вывернутый из крыши кусок бетона, едва не спотыкаясь о торчащую из-под него арматуру – в последний момент заметил. Бетон испачкан чем-то тёмным.
Сама Эми лежит, свернувшись в комочек, у самого края крыши: будто, выплеснув все эмоции, из последних сил отползла подальше. В темноте её едва видно. Кристоф кладёт косу на остатки покрытия, подходит и садится рядом. Заносит руку над неподвижным плечом. Можно ли сейчас прикоснуться, или Эми всадит ему когти в живот?
– Эй, – зовёт Кристоф и всё-таки опускает ладонь.
Эми не отвечает. Кристоф чувствует, как её плечо ходит вверх-вниз от рваного, неровного дыхания.
Что же тебе сказать.
Что ты правда ничего этого не заслужила? Сама знаешь. Что дальше будет лучше? Ага, конечно. Что там целая куча демонов и жнецов сидит о тебе переживает? Будто от этого легче...
Ты с этим справишься, думает Кристоф и осторожно гладит Эми по спине. Ты ведь такая сильная. Даже после того, как тебя разобрали по кусочкам, ты всё равно не сломалась. Ты всё равно ты. Упрямая, добрая и принципиальная, ехидная и смущающаяся от ерунды. Какая разница, демон, человек или ещё кто...
– Эми... – но в этот момент Эми сам тихо зовёт:
– Кристоф... Помоги мне?
– Как?
Хочешь отомстить? Глупая, да мы и так всё перероем...
– Ты же умеешь убивать демонов?
Кристоф не сразу понимает, что действительно слышит эти слова. Что это реальность, а не какой-то усталый бред. Будто удар под дых; этого же не может быть, правда? Эми, ты же не можешь так шутить...
Да она и не шутит. Она это всерьёз.
Нет, не говори этого, не проси меня о таком...
– Убей меня, а? – хрипло говорит Эми. – У меня самой... Никак не получается...
Нет. Нет, нет, нет.
Как жалко, что некому дать Кристофу пощёчину.
Он стискивает зубы; соберись, потом будешь сопли жевать! Эми плохо. Эми плохо здесь и сейчас.
– Что... Эми... Что ты несёшь?!
Плохое начало...
– Да я не могу так больше! – Эми вжимается в бортик крыши и колотит по нему израненным кулаком. – Я не могу! Хватит с меня, хватит, я не хочу!