– Не забудь потом забрать эту гадость! – тут же возвращается в обычное состояние Марион. Агус машинально кивает и жестом подзывает зубы к себе.
– Двоюродные дяди и тёти нам не подойдут? – без особой надежды спрашивает он Кристофа. Тот тоже качает головой.
– Слишком далёкое родство. С родными я бы ещё попробовал...
Значит, через родственников проклятие с Эми не снять. Что ж... Будем искать другие способы.
– Тогда продолжу копать, – Агус хмыкает, – биографию матери. Проверю коллег и друзей. Должна же где-то эта секта всплыть...
Кость он не возвращает в карман, а оставляет плавать в воздухе вместе с отделившимися зубами. И указывает на лежащий между документами на столе пакетик с артефактами.
– Тут... Не знаю, честно говоря, что рассказывать. Не сработало.
– Как именно не сработало? – Марион проверяет содержимое пакетика и выуживает оттуда обгорелую зелёную перчатку. – Что ты с ней сделал!..
– Использовал по назначению. Извини, Мари, кто ж знал... Мешочек через неё сразу нащупывается, чуть пониже ключиц... Вот такого размера, – Агус разводит большой и указательный палец сантиметров на пять. – Но ты видишь, мне руку прямо сквозь перчатку обожгло, даже ухватить его как следует не успел. Хорошо ещё, саму Эми не задело...
– Вы пробовали достать из тела насквозь? – уточняет Кристоф. Агус кивает.
– Ладно, – вздыхает Марион, отложив клочки артефакта. – Что с остальными?
– Ниткой получилось зацепить, но на это пол клубка ушло. А вот вытащить уже нет – Эми стала задыхаться, а потом нитка тоже сгорела. После этого вливать в неё кровь ангела я уже не стал. Эта штука плотно вросла. Если бы её можно было убрать рвотой, Эми бы её выблевала ещё во младенчестве.
– Это да, – Марион задумчиво смотрит на то, что было перчаткой. – Значит, здесь действительно нужен либо какой-нибудь другой ангел, либо сильно превосходящий по силе артефакт. Но всё равно надо было проверить...
Кристоф едва заметно выпрямляется на диване.
– Может, расскажешь уже, что ты знаешь об этом мешочке?
– Ммммм...
Они терпеливо ждут, пока Марион задумчиво вертит в руках вынутую из пакетика склянку с кровью. Потом она тоже выпрямляется.
– На самом деле не очень много. У нас всё ещё очень приблизительные представления об иерархии ангелов и их инфраструктуре, поэтому... Мы точно знаем, что ангелы, которые пользовались такими мешочками, не участвовали в военных действиях. Они занимались только сбором душ, причём, понятное дело, не нашим способом... И не вашим, Кристоф... Я подозреваю, что им для этого нужно было дождаться смерти человека и потом уже перехватывать душу, но это просто догадки. Мешочек может вместить много душ сразу, но лимит мы тоже не знаем... Раньше вообще считалось, что влезает не больше пары десятков, но внутри Эми их уже пара сотен, так что можно обновлять архивы.
Да уж, думает Агус, Эми нам и так уже сломала все представления об устройстве загробной жизни.
Марион складывает руки на груди, некоторое время молчит, вспоминая другие детали.
– Насколько я знаю, прежде всего три раза удавалось захватить такие мешочки, и все три раза вместе с их хозяевами – без них демоны просто не могли поднять... Правда, куда артефакты делись после смерти ангелов, понятия не имею. Для этого у нас, собственно, Эмми листает архивы. Потом... Помню, у одной наги была теория, что души они отбирают по качеству, а значит, видят... Ну или ещё как-то воспринимают...
Как-то воспринимают, повторяет про себя Агус. Это и правда многое объясняет...
– ...так что мы с ней всегда спорили... Агус, ты слушаешь?
– Да, прости. Вспомнил, что Эми так умеет.
В кабинете становится тихо.
– Умеет... Как? – Марион подаётся вперёд.
– Видеть хорошие и плохие души. Ну, не видеть... Она пыталась мне объяснить, но сама пока плохо понимает, что делает. Да и получается у неё, как обычно, через раз...
– Погоди, то есть... Агус. Ты сам это видел?
– Угу. Эми это использует во время охоты. И правда, – Агус кивает молчащему Кристофу, – старается отбирать для еды тех, кто похуже... Да, да, Марион, я видел, как она это делает. Ничего не понял, но что-то Эми действительно в этот момент чувствует, она не выдумывает.
Кристоф отмирает и ерошит себе волосы.
– А я-то мелким повторял, что такие вещи видит только наш предсказатель. Надо же...
– Как... Она их именно видит или чует? – Марион разве что не подпрыгивает на месте.
– Сама её спроси!
– Блин, Агус, это же такое открытие! А сама-то она почему раньше... Хотя да, о чём я, чтобы Эми сама что-то сказала...