Тео возвращается с исписанной тетрадкой и испуганно смотрит то в неё, то на Макса.
Помогает снять плащ, футболку и ахает, увидев рану ещё и на плече.
– Так, погоди... Сейчас... Извини, я это очень давно проходила... Сейчас, Макс, сейчас...
Она листает конспект трясущимися руками. Макс попробовал бы её успокоить, не будь ему самому очень плохо.
Долистав до какого-то текста, выделенного цветными маркерами, Теодора переводит взгляд на Макса и читает заклинание. После первых же слов Макс с облегчением выдыхает и расслабленно откидывается на спинку стула: боль во всех ранах прошла.
Увидев это, Теодора тоже как-то приободрилась и следующее заклинание читает уже уверенней.
Макс не видит, как проходит лечение: просто животу становится сначала горячо, потом холодно, а потом Теодора переходит к плечу, осторожно касаясь его тонкими пальцами.
За этим лечением Макс уже наблюдает. Выглядит так, будто глубокие рваные царапины на руке просто нарисованы, и теперь кто-то стирает их мокрой тряпкой. Кровь осталась, а раны уже нет – только светлые полосочки шрамов.
Тогда Теодора осторожно поворачивает к себе лицо Макса и быстро убирает оставшуюся царапину.
Макс думает, что мог бы и ещё раз подставиться под удар, лишь бы Теодора и дальше была так близко. Но раны на этом закончились.
– Что случилось? – спрашивает, наконец, Теодора.
– Я облажался, – говорит Макс и машинально проводит пальцами по шраму на животе. Чешется...
Теодора резко отворачивается. Макс пугается, что ляпнул что-то не то – но Тео просто снимает с крючка полотенце и мочит его в раковине.
– Держи, вытри... Сейчас принесу тебе что-нибудь чистое надеть... Как облажался?
Только теперь Макс сам рассматривает Теодору. Тео выглядит бледной и осунувшейся. А ещё она лохматая и в пижаме, и это одновременно очень в духе Тео мило – и совсем не похоже на её обычные продуманные наряды.
Они так давно не виделись...
Поняв, что пялится, Макс опускает голову. Пока он оттирается полотенцем и рассказывает о твари из заброшки, Теодора молча слушает, скрестив руки на груди.
– Надо рассказать Кристофу, – говорит она, как только Макс заканчивает.
– Нет.
– Макс...
– Нет! Ему точно нельзя говорить!
– Да почему? Как минимум он должен глянуть, нормально ли всё срослось...
– Тео, – с отчаянием говорит Макс, – он впервые доверил мне сделать что-то важное! А я так облажался!
Теодора садится на соседний стул и сцепляет руки на коленях.
– Я не думаю, что ты виноват. Тени так быстро не появляются. Если время из бланка цели только наступило... И тем более она бы не появилась бы сразу такая здоровая!
– Но как-то ведь появилась, – Макс вздыхает и мотает головой. – Тео, не говори ему, пожалуйста.
Теодора тоже вздыхает.
– Не буду. Но, Макс... Он же сам догадается.
Потом Тео идёт за обещанной футболкой. Она предлагает также дать свой плащ, чтобы Кристоф не увидел дыры и кровь. Они с Максом почти одного роста, так что подмена будет незаметна.
Сидя на кухне в одиночестве, Макс оглядывается. Это же первый раз, когда он у Теодоры дома.
Вокруг бардак; много мусора от доставки. Но даже так в светлой кухне довольно уютно. Не хватает какой-нибудь еды на плите... Кажется, Теодора не любит готовку.
Макс мог бы приготовить для неё сам. Ну, как-нибудь потом. Нельзя же всегда питаться доставкой.
Потом Тео возвращается с одеждой. Макс быстро одевается и берёт косу.
– Спасибо...
– А ты... Ты уже уходишь? – вдруг спрашивает Тео. Макс удивляется; ему казалось, Теодора не хотела его видеть в первую очередь.
– Ну... Да. У меня ещё работа...
Теодора только вздыхает и провожает его до выхода.
Уже стоя в коридоре, Макс спрашивает через порог:
– Я могу как-нибудь зайти в гости?
Теодора ему улыбается.
– Заходи. Только давай без таких ран, да?
Спускаясь по лестнице вдоль собственных кровавых следов, Макс тоже продолжает улыбаться.
Глава 15.4
Он держится ровно сутки.
Тем вечером Макс поскорее уходит к себе в комнату; утром выскакивает на работу, скомкано попрощавшись с завтракающим на кухне Кристофом из коридора.
Всё в порядке, думает Макс, нужно продолжать в том же духе, а потом можно будет сказать, что шрам появился уже давно – и это даже не будет враньём.
Но тем же вечером он моет посуду и за шумом воды не слышит, как Кристоф зашёл на кухню.
– Возьми ещё... Макс? А это у тебя откуда?
От неожиданности Макс дёргается и роняет скользкую от чистящего средства тарелку. Не обращая на это внимания, Кристоф разворачивает его к себе и пристально рассматривает шрам на щеке.