На следующей фотографии, которую видит Макс, какая-то помесь крокодила с цаплей.
– По версии автора, – поясняет Тео, – так выглядит Маркус. А вот так…
Новая фотография: существо из крыльев, рогов и пугающе огромных глаз.
– …вот так рисовали Агуса.
Забрав телефон, Теодора возвращается к первой картинке с головой в щупальцах.
– Вот ладно люди так демонов рисуют, для них это всё выдумки, но тут же рисовал жнец! И не свои фантазии, а конкретных реальных демонов. Мне кажется, кто-то мелочно сводил счёты...
– А там было что-то про них написано?
– Очень мало. Это что-то вроде иллюстрированного справочника. Оказывается, Маркус пукис! Понятно, почему глаза светятся, у дракона-то… Про Агуса почти ничего нет. Про Марион вообще две строчки, кажется, составитель её в глаза не видел. А про Ахнамун… Написано, что она была генеральшей войск Ада и погибла в Фессе. Наверное, поэтому Кристоф всегда такой мрачный... Ну, то есть, – Теодора хмыкает, – был до встречи с Эми...
Макс возвращает ему телефон.
– И всё-таки я правда не понимаю.
– Чего?
– Ну… Как Кристофа… Как такое может возбуждать.
– Ну, оно и хорошо, – после паузы отвечает Теодора. – Если бы ты понимал... О, зелёный!
Вообще-то это уже третий зелёный, но Макс послушно идёт за Тео через дорогу.
– Если бы ты вдруг понял, чем зубы и клыки Эми возбуждают, даже не знаю, кто бы был недоволен сильнее: Кристоф или я, – говорит Теодора, не оборачиваясь.
По инерции Макс проходит ещё несколько шагов и потом уже останавливается. Ему же не послышалось?
Теодора оглядывается через плечо; у неё покраснели щёки.
Она что, флиртует?
– Отсюда я, наверное, сама пойду... До встречи, Макс...
– Подожди!
Тэ разворачивается, а Макс торопливо стягивает с себя рюкзак. Чуть не забыл!
– Это... Это тебе.
Теодора принимает пакет и с любопытством туда заглядывает, а потом ахает:
– Откуда ты её достал! А как пахнет! Ничего себе!
На это Макс только пожимает плечами. Найти в декабре свежую вкусную клубнику ему помогла Эми – ни о чём, к счастью, не спрашивая.
Прижимая к груди пакет, Теодора смотрит на Макса счастливыми глазами.
– Спасибо! Это... Макс, спасибо!
Макс кивает и переступает с ноги на ногу.
– Я тоже пошёл... Тогда на связи?
– Ага! – Тео грозит ему пальцем. – Тебе ещё проходить мне игру!
Глава 17.2
Проводив Макса до угла и оставшись в одиночестве, Теодора некоторое время стоит одна и решает, куда идти. Она собиралась домой, но теперь...
Клубника придала ей сил. И их жалко тратить на лежание.
Поэтому Теодора выходит углами у бульвара и идёт в сторону Башни, всё ещё прижимая к груди пакет.
Она на всякий случай сохранила в заметках несколько набросков заклинаний для общения с предсказателем – вот и проверит. Время до шести есть.
В зале-оранжерее запах клубники, будто окутывавший Теодору всю дорогу, смывает запахами цветущих деревьев. Приходится остановиться в уголке и дождаться, пока не станет поменьше народу – Тео старается не привлекать внимание к тому, что она ходит на нижние этажи Башни.
Хотя сложно не привлекать внимания в шубе. Тут она не подумала, конечно... Ну, не возвращаться же теперь.
Группка жнецов покидает зал, и Теодора тут же бежит к нужной лестнице вниз.
Здесь приходится остановиться и положить-таки пакет в сумку, чтобы не помять ягоды, вылезая на изнанку Башни. Дальше Тео уже привычно идёт через лиловый светящийся туман.
Она три недели бегает сюда почти каждый день, в перерывах между работой, и завела тетрадку, в которой записывает проверенные даты и фамилии засветившихся жнецов. Пока Кристоф ничего подозрительного в его данных не обнаружил; возможно, придётся прочесать два или три года до смерти Эми, чтобы найти хоть что-то подозрительное.
Но сегодня Теодора хочет сменить тактику. Если, конечно, получится справиться с заклинаниями.
В зале с колодцем Тео снимает шубу и кладёт её на пол – здесь, как и во всей Башне, очень чисто. На шубу она осторожно опускает сумку с клубникой.
Достаёт телефон и касанием пробуждает колодец.
Ей очень нравится этот первый момент – ничего ещё не светится, заклинания ещё не произнесены, но магия уже началась. Камни отзываются вибрацией, и поверхность воды идёт рябью. Тео глубоко вдыхает, стараясь прочувствовать эту дрожь телом. Ей кажется, что после этого работа идёт чуточку лучше – когда есть такой глубокий контакт с самим заклинанием.
Первая фраза из заметок оставляет колодец равнодушным. Вторая тоже, и это уже обидно.