Они с Кристофом доходят до улицы аптекарей на самом краю города, и тут наконец-то находится подходящий дом – крепкий, одноэтажный, с тёмными следами вывески. Сами медные буквы давно упали и покрылись яркой зеленью.
Агус наступает на них и прижимает руку к неровной стене, рядом с зияющим пустым окном. Сквозь пальцы сочится алый свет и дымок. На секунду запах гари перебивает запах моря и водорослей.
А потом вдали слышен приглушённый расстоянием взрыв. Где-то вверху, в дальней части города. Агус с Кристофом одновременно поворачивают головы в ту сторону и успевают увидеть, как в нависшей над городом воде отразилась алая вспышка.
– Где это? – машинально спрашивает Агус, почему-то шёпотом.
– Кажется, печной квартал, – отвечает Кристоф тоже шёпотом. – Кто это был?
– Алый взрыв... Не знаю. Среди теней кто угодно...
– Вот же... Старались же не шуметь...
– Значит, кого-то всё-таки разбудили, – вздыхает Агус и отнимает от стены руку. – Разбудили и не добили.
Кристоф всё же влезает на дом, каким-то чудом балансируя на скользких камнях, и пытается что-нибудь разглядеть – но он смотрит снизу вверх и ничего не может увидеть за вздымающимися домами. Разве что по отражению в небе...
Агус думает, не взлететь ли, но тут же отказывается от этой мысли. Они с Кристофом с самого начала решили, что постараются как можно меньше шуметь, чтобы раньше срока не попасться своим беглецам на глаза. Летать, тем более на глазах у летающих противников, не очень хорошая идея.
– Сразу за линией огня Маркуса, – говорит наконец Кристоф, спрыгнув обратно на землю. – Нам лучше поторопиться.
Агус и сам это понимает. Даже если это была какая-то тень... Они увидели этот взрыв – значит, кто угодно другой мог. А Агус должен успеть закончить разметку.
Он долго думал над мерами предосторожности для этого дня. Начал сразу, как узнал, что секта базировалась в Фессе. Фесса... Настолько повреждённое магией место, что уже пятьсот лет никак не может уйти под воду. Каждый камушек, земля и вода пропитались тем, что выплеснулось во время переворота. Даже не шрам, а до сих пор воспалённая рана.
И если в этом месте начать палить во все стороны новой сильной магией... К которой Агус, к тому же, пока не привык и потому не очень хорошо контролирует...
Нужен предохранитель. Нужно отгородить часть города такой иллюзией, которая сдержит силу Агуса в случае чего.
Так, по крайней мере, задумано.
– Пошли, – говорит он Кристофу. – Я думаю, третью... Помнишь голубятню?
Кристоф молча кивает и первый идёт вниз по улице. А Агус запоздало соображает, что совсем рядом с голубятней его старый дом и, наверное, не стоило...
– Извини.
– За что? – удивляется Кристоф и на ходу смотрит через плечо.
Агус пожимает плечами.
На самом деле его бы воля, он бы и Кристофа с собой не взял.
Каким бы сильным ни был его друг, рука Агуса... Возможно, она чересчур и для Кристофа. А Агус уже слишком стар, чтобы терять близких.
Но поди-ка Кристофу такое скажи. Агус его знает и знает, как далеко он может послать.
Дорогу к голубятне решают срезать дворами. Обитающая тут мелочь разбегается из-под ног, решив не связываться. Агус на ходу оборачивается; из окна последнего пройденного дома свешивается толстое змееобразное существо.
Кристоф уже ушёл вперёд, так что Агус позволяет руке чуть-чуть раскалиться. Демон торопливо лезет обратно; голод отнял у него сознание, но оставил какие-то остатки инстинктов.
Вместе с ним в тень отползает что-то, лежащее на земле. И с крыши срываются вверх стайка кого-то мелкого, отчаянно хлопая кожистыми крыльями.
Агус торопливо остужает руку, нагоняет Кристофа и дальше идёт с ним нога в ногу. Что не так-то легко, ведь Кристоф ниже!
Они доходят до набережной высохшего канала; всё его дно заполнено чем-то копошащимся и чёрным. Чтобы перебраться, приходится протопать ещё километр до ближайшего моста; те, что были ближайшими, рухнули ещё во время переворота.
Зато отсюда до голубятни рукой подать.
Теперь они идут почти не под уклон – старый район Кристоф был расположен на возвышенности, и в наклонившейся Фессе земля здесь стала почти ровной. И здесь снова появляется мостовая. Это как если бы в нынешней столице не все районы были заасфальтированы, думает Агус. Тогда Кристоф точно жил бы в самом современном, обложенном асфальтом по самые крыши...
Словно слыша его мысли, Кристоф чуть ускоряет шаг и вколачивает в брусчатку длинную когтистую руку, высунувшуюся между домов.
– Вон голубятня, – говорит он, не отвлекаясь от дела. – Можешь пока заняться.