Нет, понимает Теодора, присмотревшись, один человек – и два жнеца. Кажется, они собрались ужинать...
Человек, высокий мужчина в очках, первым замечает Эми и ныряет за стол. А жнецы вскакивают и хватают косы. Макс тут же кидается вперёд.
Что делать, думает Теодора. Что делать?!
Она не может использовать любимый огонь, потому что Макс уже сцепился со старшим жнецом – жнец пнул в него скамью, Макс перепрыгивает её и тут же ставит блок...
Любое заклинание Теодоры заденет и его.
Младший жнец явно тоже не знает, с какой стороны вступить в драку. Он пытается обойти Макса слева, и Теодора кидает заклинанием в него; ноги ученика смерзаются, и он с размаха падает на пол. На секунду отвлёкшись, Макс разворачивается и бьёт его косой по голове. Из-за этого старший жнец получает возможность для контратаки; он тоже читает какое-то заклинание, и Макс отбивает его, едва-едва сохранив равновесие.
Но младший жнец уже не поднимается. А старший даже не обратил на это внимания.
Его коса мелькает совсем близко к лицу Макса – тот блокирует удар, но мало-помалу отступает. Теодора стискивает зубы. Ей кажется, что повторяется ситуация в их Башне, когда соперник оказался для Макса слишком силён... Теодора должна что-то сделать!
Вот сейчас!
Макс пятится и один за другим отбивает несколько сильных ударов – раз, два, три... Лязг стоит на весь зал. Четвёртый удар, особенно сильный, приходится древком ему по руке. Макс шипит и теряет равновесие. Жнец замахивается снова...
В этот момент Теодора вытягивает руку и заканчивает уже подготовленное заклинание.
Коса незнакомого жнеца натыкается на невидимую преграду, и его откидывает назад к столу. Макс тут же использует эту паузу для контратаки.
Жнец даже не вскрикивает, когда его пригвождает лезвием к столешнице. Макс дёргает косу на себя, с некоторым трудом вытаскивает её и отступает.
Тело жнеца съезжает на пол и остаётся лежать с раскинутыми руками. Его коса со стуком падает рядом.
Только сейчас Теодора понимает, какой шумной была схватка: в зале становится очень тихо. Слышно только тяжёлое дыхание Макса.
Был же кто-то ещё, вспоминает Тео. Кто-то третий, куда он...
Человек вскакивает из-за стола и направляет пистолет на Эми. Его очки блестят и отражают свет лежащего на столе фонаря.
– Стоять! Не подходите ко мне! А ну покажитесь!
Эми молча смотрит на него очень внимательно. Теодора переглядывается с Максом, и они "проявляются". Человек переводит на них взгляд, и это хороший момент, чтобы что-нибудь с ним сделать – но Тео не может сообразить, что.
У человека заметно дрожат губы, но пистолет он держит твёрдо.
– Как вы... Нет, это неважно... А ну стой!
Шагнувший было в его сторону Макс останавливается.
– Твой выстрел никак никому из нас не навредит, – говорит Теодора как можно мягче.
– Я хорошо стреляю и спокойно попаду в голову, – возражает человек. Он всё ещё держит Эми под прицелом, так что звучит довольно убедительно.
– Как тебя зовут? – спрашивает вдруг Эми.
После паузы мужчина отвечает:
– Ли Юн.
Теодора, кажется, подпрыгивает на месте. Вот уж не ожидала встретить господина Ли в таком месте!
– Так это вы организовали секту?
– Мы называли себя иначе, – горько говорит Ли. – Но теперь какая разница... Они же... Вы же всех убили, да? В ноябре...
Эми кивает. Мужчина прерывисто вздыхает.
– А Соня? – спрашивает он вдруг с надеждой. – Соня... Может, она сбежала? Мне никто не говорит...
– Она была на собрании восьмого ноября? – уточняет Теодора.
Мужчина кивает.
– Тогда она тоже умерла.
Наверное, стоило добавить что-то вроде "мне жаль", но Теодоре не жаль. Она запоздало понимает, с какими такими жнецами они столкнулись. У стола сейчас лежит Питер Блинк. Наверняка Питер, тот самый, которого не смогли поймать после попытки переворота. А значит...
– У вас здесь есть какой-то склад?
Мужчина молчит, погружённый в своё горе. Он реагирует, только когда Теодора делает шаг вперёд.
– Не подходи!
– Да стою я! Мы тебя не тронем, только скажи про склад!
– Какой склад?
– Вы же где-то здесь ещё храните вещи? Должно быть какое-то место...
До Ли, кажется, наконец-то доходит.
– Да, есть... Где-то на этаж ниже. Жнецы его называли малой приёмной.
Теодора кивает: она, кажется, знает, о чём речь.
– Ну тогда мы пошли. Пока.
Он разворачивается и идёт к лестнице. На секунду ей кажется, что сейчас человек пальнёт в воздух или раскричится – но тот молчит.