Пока они молча выходят из квартиры, в голове у Тео всё вертится и вертится по кругу: о душе подумать. Сектантские делишки. Сделать что-нибудь хорошее, чтобы грехи искупить.
Сделать что-нибудь хорошее.
Глава 5.3
После квартиры прокуренный воздух подъезда кажется свежим и едва ли не сладким; Максу очень хочется закурить.
И умыться.
Хотя он-то что, просто рядом постоял. Это Теодора с вот этим вот общалась...
Они спускаются на пролёт ниже, и тут Макс замечает, что Эми отстала. Теодора не заметила – она бы и мимо ступеньки промахнулась, если бы Макс не придержал её за локоть.
– Спасибо... Что?..
Эми окончательно останавливается и оглядывается в сторону квартиры.
– Наверное... Наверное, всё-таки...
Она не договаривает, закусив губу, и Макс не сразу понимает, о чём речь. А вот Теодора поняла и даже повеселела:
– О, всё-таки съешь его?
Эми кивает с очень несчастным видом.
– Ну и правильно, хоть раз в жизни от этого мудака какая-то польза будет, – говорит Тео. – С тобой сходить?
Эми мотает головой.
Что, вот прямо так, думает Макс... Вот так просто? Мы вот так просто поделим чью-то жизнь на лестничном пролёте у мусоропровода?
Сделав пару шагов вверх, Эми возвращается и стягивает с себя толстовку:
– Можно...
– Ага, давай, – тут же забирает её Тео и усаживается на подоконник, сдвинув банку-пепельницу. – Приятного аппетита!
Эми молча кивает и уходит, совсем белая в темноте подъезда. Наверху негромко открывается и захлопывается дверь. Поворачивается замок.
Что, думает Макс, вот так вот просто?
– Садись, Макс, ты чего, – зовёт его Теодора и хлопает рядом с собой по подоконнику. Кажется, её веселье прошло, и вернулась та же усталая отрешённость. Макс садится.
– Слушай...
– Мм?
– Думаешь... Думаешь, это правда нормально? – непонятно, как тут подобрать слова. Макс сидит с открытым ртом и не знает, как ещё спросить.
– Ну надо же Эми что-то есть, – спокойно отвечает Теодора.
Надо, соглашается про себя Макс и хмурится. Надо...
– Кроме того, – Теодора снимает шляпу и вертит её в руке, – ты же слышал... Вот этот урод годами скармливал людей демонам и жил себе припеваючи. Это прямо-таки карма...
Кажется, она собирается положить голову Максу на плечо. Все вопросы о правильности тут же сдувает, и Макс замирает, чтобы не спугнуть...
Крик такой душераздирающий, что они оба подпрыгивают; чья-то коса высекает искры о кирпичную стену. Ор длится и длится, захлёбывается на секунду, и тут же кто-то снова отчаянно, истошно кричит. Слышно несколько тяжёлых ударов, что-то звенит. Ещё один нечленораздельный вопль.
У Макса, кажется, волосы дыбом встали. Он привык... Он думал, что привык к разным смертям за время ученичества, но это всё были смерти тихие...
Такого ужаса и боли он прежде не слышал.
Теодора точно так же замерла рядом. Они молча переглядываются и, кажется, оба боятся пошевелиться.
Да сколько же можно орать, оторопело думает Макс.
Вдруг среди воплей он различает открывающийся наверху замок. Теодора рядом тоже вздрагивает. Если вопли... Он же ещё не умер?.. Тогда кто...
Звучат шаркающие шаги и несколько слабых постукиваний по стальной двери.
– Эй! Прекращай орать! А ну прекращай! Люди вокруг живут, сколько можно, пьяница, урод проклятый!
В квартире снова что-то бьётся.
– Заткнись, кому говорю, ментов вызову! Понял?! Ментов!
После ещё пары ударов по лестнице медленно спускается очень злая старушка, потряхивая тряпичной сумкой. Макс с Теодорой молча вжимаются в подоконник, чтобы её пропустить.
– Алкаш сраный, никакого покоя, – бормочет старушка, скрываясь из виду за углом. – Режут его там, что ли...
Дверь подъезда захлопывается за ней оглушительно. У меня сейчас сердце выпрыгнет, думает Макс и чувствует, как Теодора рядом трясётся от смеха.
– Аааа... Режут... Бабуля, ты бы знала... Ой, не могу! – она всё-таки утыкается Максу в плечо, и Макс понимает, что сам точно так же вздрагивает от нервного хохота.
Вопль наверху прерывается еле слышными слуху жнеца хрипом и бульканьем. И становится действительно тихо.
Теодора выпрямляется, трёт лицо:
– Ну наконец-то! И правда невозможно же...
Они ждут минуту, пять, десять, но Эми не возвращается. Наверное, думает Макс, доедает... Она его целиком прямо?.. Или как?..
Теодора снова уходит в свои мысли; шляпа лежит на коленях, рука сжимает телефон в кармане. Макс даже удивляется про себя, насколько заметна разница – когда они молчат вместе и когда она молчит о чём-то отдельном.
Но сейчас, наверное, не надо её отвлекать... Наверное, это был важный разговор, там, в квартире... Наверное, Теодора не захочет объяснять.