Машина тут же тормозит, перекрыв бампером соседнюю полосу, и из неё выскакивает перепуганный водитель. Макс, отдышавшись, проходит мимо него обратно к скверу: ему не надо переворачивать тело, он и так всё знает.
– Молодец, – говорит Кристоф с тротуара. Откуда он тут взялся, Макс снова не заметил.
– На будущее: заклинания нужны в том числе для того, чтобы ты не лез под машину. Но вообще действительно хорошая работа. Ты отлично справился.
– Что теперь? – спрашивает Макс. Ему... Странно.
Он только что убил человека, буквально вот своими руками. Но это было сложно... И нервно... И он правда немножко чувствует гордость, даже без похвалы наставника.
– Теперь держи свою лицензию, – Кристоф достаёт что-то из кармана и кидает; Макс машинально ловит и рассматривает широкое серебряное кольцо, раскладывающееся на две части и закрывающееся со щелчком.
– Вот это лицензия?
– Символическая. Надевается под лезвием... При желании.
В Башне Макс замечал, что у многих жнецов на косах какие-то полоски, но думал, что это какая-то местная мода. Защёлкнув кольцо, он прячет его в карман плаща. Невольно проверяет – у Кристофа на косе тоже ничего, кроме царапин.
Наставник медленно идёт в сторону павильона метро, к ближайшим углам. Макс шагает следом; его всё ещё потряхивает от остатков адреналина.
– Теперь можешь решать, продолжаешь учиться на вторую лицензию или идёшь работать, – на ходу продолжает объяснять Кристоф. – Я бы советовал подождать и поработать пока в поле... Но ты не должен решать сейчас, конечно. Рабочие задачи начнут приходить через четыре дня. И даже после, в общем, уйти учиться можно в любой момент.
– Если я решу работать... Я всё ещё буду считаться твоим учеником? – спрашивает Макс ему в спину.
– Конечно. Наставничество не про учёбу в Башне, оно навсегда.
– Это тоже какая-то магия?
Кристоф, не оборачиваясь, смеётся.
– Это ответственность.
– А если кто-то хочет уйти из учеников, он может это сделать? – говорит Макс и не сразу даже понимает, что произнёс вопрос вслух.
– Что?.. – удивляется Кристоф. – При желании, конечно, может... На привязи никого не держат... Ты что, думаешь сменить наставника?
Макс молчит.
Нет, он ни о чём таком не думал. Правда. Даже сейчас. Просто все его сомнения, волнение и негодование навалились вдруг разом, и Максу сложно успокоить мысли.
Кристоф останавливается и поворачивается к нему лицом.
– Макс?
Макс молчит. Кристоф хмурится.
– Макс, в чём дело?
Прохожие обходят их по соседним дорожкам сквера, оставляя вокруг пустое пространство. У Макса ощущение, что они в чистом поле, и одновременно – что его загнали в угол.
– У тебя ко мне какие-то вопросы? – помедлив, спрашивает Кристоф; вот этим твёрдым тоном, по которому понятно, что без ответа он с Макса не слезет. – Ты поэтому последнее время такой странный?
Макс зло сжимает губы. Это он-то странный! Кто из них натворил неведомой хуйни, а теперь ходит так, будто ничего не случилось?!
– Макс, я не умею читать мысли...
– В Эми дело! – не выдерживает Макс. – В Эми, ясно?! За что ты так с ней?!
От его крика встревоженная стайка голубей отпрыгивает по газону подальше. Кристоф слушает неподвижно и молча. А Макса уже несёт.
– Она же добрая! Она ничем такого не заслужила! Ты вообще знаешь, что с ней после этого было?!
– Я знаю.
– Тогда как ты мог?! – кричит Макс. – Ты должен был знать, что нельзя так! Нельзя! Ну как ты мог?!
Слова заканчиваются так же стремительно, как прорвались наружу. Макс всё ещё безумно зол, но только тяжело дышит и сам не знает, что сказать или сделать. Правда, что ли, из учеников теперь уходить...
– Эми... – говорит Кристоф и опускает взгляд. – С Эми я ошибся.
Макс давится воздухом от новой вспышки ярости. Это вот это-то называется "ошибся"?! Приравнять окровавленную Эми к неправильным билетам для зачёта?!
– Я знаю, что я её ранил. Это уже никак не изменить. Макс... Это не первая моя ошибка. И наверняка не последняя. И, честное слово, даже не самая страшная.
Кристоф поднимает голову; у него печальное лицо.
– Тут я могу только попробовать что-то исправить и надеяться, что следующая ошибка будет менее фатальной. Если для тебя это неприемлемо... Конечно, ты можешь отказаться быть моим учеником. Я поговорю с кем-нибудь из старших жнецов, чтобы ты под их руководством спокойно закончил обучение.
Вот теперь гнев действительно проходит. Куда-то весь стекает, будто дырочку в боку проткнули.
Кажется, Кристоф ждёт какого-то ответа; Макс молчит и с изумлением думает, что он даже не рассердился на крики и обвинения. Просто... Просто предлагает ему уйти, если хочется.