Глава 13. Неподходящие условия
Вот, я, идиот! Надо было Фридиной осторожно донести положение дел. А сейчас придется выслушивать очередную истерику. Интересно, там в дорожном наборе еще беруши остались?
- Григорий Михайлович, что Вы молчите? – встала моя мегера, руки уперла в бока.
- А, так, небольшие траблы с подъемником, - вальяжно машу рукой, а сам отвожу взгляд.
- Что случилось? – в голосе «исчадья ада» слышны нотки металла.
Какого хрена она со мной в таком тоне общается? Пусть со своим мужем так разговаривает! Тварь мелкая!
Именно это я и хочу высказать Фридиной, но почему-то язык сам произносит:
- Аделаида Генриховна, это мелочи. Не стоит волноваться.
- Родин, говорите уже! – Ада подходит ко мне вплотную, и сверлит своими серыми глазами.
Фридина едва достает мне до плеча, но создается впечатление, что она смотрит на меня сверху вниз, буквально придавливая к полу.
«А Курочка-то горячая штучка!» - отмечаю про себя.
- Подъемник не работает. Нет питания, - развожу руками.
Ада открывает свой чувственный ротик, но я не даю ей ничего сказать.
- В скале вырублены ступени, довольно широкие, я проверял. Спустимся и укажем на проблему месье Лерою.
- Ладно, - сбавляет накал змеючка.
И начинает собирать свои вещи. Куртку, сапоги и футболку с шортами.
- Это Вам зачем? Или думаете, за ночь на Иль-Де-Рев выпал снег? – не могу удержаться, чтобы не потроллить Курочку.
Твою ж, какого хрена я стал называть ее не «мегерой», а «Курочкой»?
- Я не собираюсь возвращаться в это ужасное место! – фыркает Фридина.
- И что же в нем такого ужасного? – продолжаю потешаться я.
- Никаких условий! – выпячивает нижнюю губу Ада.
- А по-моему, тут очень даже прилично. Электричество есть, в смысле было вчера вечером. Туалет, душ. Фруктов целую корзину нам оставили, - выкладываю, но тут же прикусываю язык, вспомнив, как угощение повлияло на Аду.
К счастью, Фридина пропускает мою тираду мимо ушей и продолжает свое нытье:
- Всего одна кровать! Отвратительно!
- Хм, а вчера Вы так не считали, когда предложили провести ночь вместе, - поддеваю Курочку.
- Что!? – вскрикивает Ада так, что мне кажется, у нее волосы встают дыбом. – Как Вы смеете такое говорить! Я, замужняя женщина!
- Аделаида Генриховна, - произношу медленно, растягивая гласные. – А вот этого не надо! Я точно помню, что Вы просили остаться с Вами, когда услышали за окном гром.
- Но я не имела в виду ничего такого, - Мышка тут же опускает глаза, краснеет, переминается с ноги на ногу.
- И я тоже, - пожимаю плечами.
А про себя думаю: «Ну, бабы, нафантизируют себе хер знает чего, а потом еще и нас обвиняют!»
- Может мы уже пойдем? – Ада вскидывает на меня взгляд, такой трогательный.
На моих губах сама собой растекается улыбка. Какая же она, все, таки милая и неприспособленная. Как олененок Бэбми. Так и хочется ее обнять и защитить от всех неприятностей, которые на нас свалились.
«Гриш, это ты сейчас о ком говоришь? – просыпается мой внутренний голос. – О той с**е и мегере, которая сначала на тебя сама вешалась, а потом на глазах у всех пассажиров бизнес-класса пыталась насильником выставить?»
И, правда, какого хрена? Что-то в последнее время я стал слишком много внимания уделять… сотруднице нашей компании. Да, вот именно! Она всего лишь юрист, который сопровождает договор, не более! Не женщина, не Курочка, не Бэмби. Просто – начальник отдела.
С этой мыслью толкаю входную дверь и приглашаю Фридину выйти из домика.
Она, нагруженная вещами, как верблюд, топает мимо меня, задевая локтем. Вот, зараза! А я ее еще защищать хотел!
Когда оказываемся на улице, Фридина замечает погнутый душ.
- И это называется – удобства? – фыркает она.
Я предпочитаю промолчать. Видимо, она вчера вечером не обратила внимания, что летний душ представлял из себя более комфортную конструкцию. Ладно, меньше знает, меньше будет истерить.
Подходим к плоской каменой площадке, сквозь трещины которой пробивается трава. Сразу за ней – лестница, высеченная в камне. Ступени вполне широкие и надежные, я проверял. Одной стороной они примыкают к скале, а вот второй – смотрят на обрыв. Но тот, кто построил эту лестницу, все продумал. По краям ступеней вбиты металлические столбики и натянут надежный толстый канат. Естественно, если специально перевешиваться через него, то можно легко улететь вниз. Но кто же в здравом уме будет это делать?
- Прошу! – встаю на первую ступеньку и подаю руку Фридиной.
- Я сама! – она дергает плечом и с гордым видом проплывает мимо меня.
Закатываю глаза. Несносная взбалмошная истеричка!