Глава 18. Научился быть счастливым!
Томми:
Когда все хорошо – абсолютно ничего не замечаешь. Даже банально то, сколько мы торчали на этом острове. И к огромному сожалению произошло то, что заставило напрячь извилины и подсчитать точное количество дней, проведенных в компании с волшебной Маней, но об этом позже.
Последнее время, так как страшно предположить точное количество дней, жизнь текла обыденным руслом. Работали как негры, росли над собой, становясь лучше, чем вчера. Обучались жизненно необходимому ремеслу. Обустраивали свое жилище. Делали все, чтобы жизнь на острове в действительности казалось раем. Чудесным образом общество Мани влияло на меня так, что иногда от шока полдня отходил. Часто жертвовал своим комфортом, приучил себя к культурно речи без матов. По своим меркам и стандартам – я стал тем, кем вообще не мог. Альтруистом, проще говоря. Притом изменения коснулись не только меня, а всех в целом.
Та самая гордая и непреклонная Ди включила мозги и активировала режим «помогать и не лениться». После случая с уходом из лагеря пивовар все таки смог ее образумить и как-то повлиять. С того вечера она стала его персональным помощником или хвостом, кому как это воспринималось. Парни каким-то чудом нашли к барышням именно тот подход, что поспособствовал их духовному росту. Или пинок смачный дали под пятую точку. Или прямо намекнули «не поработаешь – останешься голодной». В общем, поставленную цель выполнили. Они стали тем, кем и мечтать не могли.
За маленький срок мы не просто смогли освоиться на острове и как-то выжить. Мы отстроили себе свои хижины, облагородили их, собирали урожай зелени и овощной лабуды, из которой девчонки умудрялись сварить достойный суп. Помимо качелей соорудили площадку для волейбола и мячик из жгутов веток, что обтянули плотной ветошью. Естественно конфликты имели место быть. Пару раз возникли споры на счет питания, организации досуга и другие моменты. Расходились, остывали и мирились. Мы пережили множество тяжелых дней и поняли одно. Чтобы банально выжить – необходимо объединяться. Использовать все навыки и способности, чтобы обеспечить себя питанием и кровом. Я доверял своему окружению как своим близким и родным.
С Маней – отдельная песня. С каждым днем она открывалась мне под новым ракурсом. С каждым днем интерес к ней и тяга только росла. Не встречал до нее настолько скромных и чересчур тактичных персон как она. Та только и знала, что тянуть все на своих плечах, и о помощи никогда не попросит. И не важно, что она бралась даже за мужскую работу. Таскала неимоверно тяжелые бревна и тару. Никогда она не жаловалась на тяготы и не обращалась за помощью. Мне только и приходилось постоянно вырывать у нее свою работу и ограждать от переутомления. С ее рвением «работать на износ» - не соскучишься. Иногда даже угрозы «привяжу к постели чтобы отдыхала» не помогали. Помимо этого та проявила себя как заботливая спутница. Бывало, и она меня за уши тянула от стройки, дабы подкрепился и набрался сил. Ангел, а не девушка. И просто быть рядом с ней – это действительно тропический рай. А счастье заключалось в простых вещах. Смотреть на закат, обнимать Маню, слушать крики чаек, вылавливать ракушки. Радовался тому, что крыша не протекает, вкусно поужинал. С ней научился ценить саму жизнь, что разучился делать уже лет так 10 точно.
Но как в добрых сказках, счастье длилось недолго, и зло не дремало. В один «офигительный» денек к нам пожаловали те самые организаторы шоу «сплавим отбросов на остров». Прибыли в сопровождении охраны и собак. Лично меня нашли слезающим с пальмы, с которой я сбрасывал связки бананов. Поначалу даже подумал о том, что это сон:
- Томми! Что ж ты как не родной! Голодал? Да что ту спрашивать, пойдем уже откормим! – предложил отец Ди.
- А нечего тут тычить едой. Рации не найдены? Так пусть поищет! – ответил отец.
- Дмитрий Альбертович, полно вам! Парень больше месяца нормально не ел, жил под палящим солнцем и замерзал под ледяными дождями! Молчу уже про насекомых! – раскудахталась Ризольда Леонидовна, мать Стеллы.
- Походу у меня галлюцинации! – сделал вывод я. Ощупал себя, похлопал, ан- нет. Не проходят. Трындец ямайка!