— Если только вино, — улыбнулся ей Доминик. — Я, в общем-то, тоже не любитель, мне…
— Ему горло беречь надо, — со знание дела закончил за него Джерри. — И так связки на концертах рвет.
— М-м-м, — замялся Том, — Джерри, ты прости, но мы же слышали, как Доминик поет. Вряд ли этим можно порвать связки.
Джерри бросил быстрый взгляд на Доминика, ожидая, что тот или обидится, или разозлится, но он молча стоял с непроницаемым выражением лица.
— Предлагаю тебе сначала послушать Доминика не на заказном выступлении для полупьяной толпы, а на настоящем концерте, — как можно более мягко и спокойно ответил он Тому, внутренне содрогнувшись от воспоминания резкого перехода от мелодично-тягучего вокала к надрывному крику, забирающемуся в самое сердце.
Доминик же все это время молчал, разглядывая многочисленные фотографии, развешанные на стенах, словно речь шла не о его творчестве, и не о нем вообще. Отчего-то он совершенно не стремился доказывать Тому и Фионе, что способен на что-то большее, чем слащавая ерунда, исполненная им на свадьбе. Джерри вспомнил, что и на острове Доминик никогда не исполнял рока, только классику. Решив, что спросит у него об этом позже, он поспешно сказал, чтобы сменить тему:
— Фиона, а кормить ты нас будешь?
— Еще как! — тут же откликнулась Фиона, но не пошевелилась, с интересом наблюдая за Домиником. — Почему меня не покидает ощущение, что мы с Томом чего-то не знаем?
— Потому что на свадьбе наши уши стали жертвами дурацкого пари, — усмехнулся Джерри. — Я тоже до самого концерта пребывал в глубоком заблуждении, на самом деле Доминик отлич…
— На самом деле, у меня через неделю концерт в Париже, вы оба приглашены, — резко оборвал его Доминик. — Или на любой другой, какой больше подойдет по времени. Приходите и послушайте сами.
— О, будет повод заехать к моей сестре, а то она уже обижается, — кивнула Фиона.
Джерри же снова взглянул на Доминика. Кто бы что ни говорил, но он типичный Хьюз — гордый и независимый. Не нуждающийся ни в чьем покровительстве.
— А меня-то пустишь? — прошептал он ему на ухо, спешно прикидывая, сможет ли оставить службу на полдня без начальника.
— В первый ряд, — улыбнулся Доминик, мгновенно превращаясь обратно в милого веселого мальчишку, к которому Джерри уже успел настолько привыкнуть, что даже забыл, как резким и едким он может быть. В своей язвительности Доминик тоже был крайне непосредственен, мастерски надавливая на самые болезненные места и всласть топчась по самому святому. Даже Франко, казалось, был тактичнее.
Ужин, как впрочем и вся стряпня Фионы, был великолепен. Джерри и Доминик, даже разбалованные изысканными блюдами, готовящимися поворами Хьюзов, с удовольствием ели простое, но безумно вкусное жаркое, запивая его безалкогольным пуншем.
— Том, как тебе удается не толстеть при такой кормежке? — Джерри, тяжело вздохнув, откинулся на спинку стула. — Фиона, ты превзошла саму себя.
— Не знаю, как насчет себя, но наших слуг в отношении рагу точно превзошли, — искренне похвалил Доминик. — Пожалуй, пришлю кого-нибудь из них за рецептом.
— Спасибо, — Фиона зарделась как девчонка. — Но, к сожалению, готовить мне удается только в выходные, да и то не всегда. В остальное время приходится заказывать еду из ресторанов или ходить в кафе.
— Но зато по выходным у меня праздник, — Том с улыбкой похлопал себя по животу и почему-то бросил странный взгляд на Доминика. Тут раздался негромкий звон оповещающих чар, и он, извинившись, вышел.
— Так, кому чай, кому кофе? — поинтересовалась Фиона, ловко собирая ненужную посуду заклинаниями.
— Чай!
— Кофе, — вразнобой ответили Доминик и Джерри.
— Том, прости, что без предупреждения, — в комнату, опережая что-то лопочущего брата, стремительной поступью вошла Мишель, — мне нужно посоветоваться с Фионой по поводу до… — она осеклась, увидев Джерри и Доминика.
— Здравствуй, Мишель, — спокойно сказал Джерри, разрывая гнетущую тишину.
— Добрый вечер, миссис Купер, — абсолютно ровным голосом сказал Доминик и встал из-за стола. Джерри испугался, что тот сейчас развернется и уйдет, но тут Хьюз невозмутимо сел на место, и он с облегчением догадался, что это была всего лишь дань этикету.
— Д-добрый, — запнулась Мишель, рассматривая их во все глаза.
— Как дела? — спросил Джерри. — Мне прислали документы на развод. Я их подписал со всеми твоими условиями.
— Я знаю, — натянуто улыбнулась Мишель, — Джерри…
— Мишель не нужно, — отрезал Джерри, — мы уже все сказали друг другу, и не стоит всем портить вечер.
Мишель затравленно оглянулась, бросила на Доминика полный боли и ненависти взгляд и упрямо повторила:
— Джерри, раз уж ты здесь, можно тебя на минуточку?
— А стоит ли? — Джерри поднял на нее тяжелый взгляд. — Что еще мы не сказали друг другу?
— Я не буду ругаться. Обещаю, — Мишель сжала кулаки и предупредила: — Не пойдешь — все равно скажу все здесь.
— А ты думаешь, что я этого боюсь? — от мгновенно набравшего металла голоса Джерри вздрогнула даже Фиона. — Или ты придумала новое интервью?
— Нет, — мгновенно сникла Мишель. — Ты же понимаешь, что это было на эмоциях? Прости, я не должна была.
— Теперь уже мне это неважно, — хоть Джерри внешне и был спокоен, но менее больно от этого не становилось. — Мишель, меня кем только не называли — то чуть ли не святым, то выскочкой, то психом, теперь вот ты извращенцем зовешь — я уже привык и не боюсь ни начальника, ни молвы. Но Энди, Брайану и Кэтрин-то это зачем? — он встал из-за стола и навис над съежившейся в кресле женой. — Мы же прожили вместе столько лет, зачем вот так?
— Да как "так"-то?! — вдруг закричала Мишель и закрыла лицо руками. — Я забыла, что она за репортер, — прошептала глухо. — Забыла, понимаешь?! Мы и встретились-то совсем по-другому поводу, но она, конечно, увидела мои опухшие глаза и начала спрашивать, по-доброму, по-женски сочувствуя. И я не выдержала… Джерри, прости, я такая дура… — из-под судорожно сомкнутых пальцев выбежала слезинка.
— Мишель, — позвал Джерри. Она редко плакала вот так — бессильно и почти по-детски, и сейчас он решительно не знал, что делать. — Мишель, не надо плакать. Сделанного не воротишь, а дети наши уже достаточно взрослые, чтобы справиться с этим. Но я все равно с тобой не пойду, — он присел на подлокотник кресла, легко обнимая ее за плечи, — если есть что сказать — мы все слушаем тебя.
— Я, пожалуй, выйду, — Доминик поднялся из-за стола.
— Нет, — остановил его Джерри, — все равно я потом тебе расскажу.
— Останься, — вздохнула Мишель, наконец отнимая руки от лица. — Тебя это тоже касается.
— Если хочешь, мы с Фионой тоже можем уйти, — предложил Том. Он сидел весь мрачный, тяжело глядя на сестру и Джерри.
— Не нужно, — Мишель покачала головой и глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Джерри, я думаю, ты выпил приворотное зелье, — сказала, делая длинные паузы между словами. — Нет, я не пытаюсь обвинять твоего… Доминика. Он мог стать лишь жертвой обстоятельств или даже какого-то заговора. Я прошу тебя, — она развернулась к нему и взяла за руку, — выпей антидот! Если я права, клянусь, я забуду всю эту историю и ни разу больше тебе о ней не напомню.
— Мишель, я видел, как выглядят и ведут себя люди под приворотом, — Джерри покосился на Тома, — к тому же чувства к Доминику не проснулись во мне за один миг.
Доминик вскинулся — по всей видимости, хотел что-то сказать, но Джерри предупреждающе поднял руку.
— Не буду пить, — и встал, скидывая руку Мишель, — потому что нечего нейтрализовывать.
— Джерри! — вскрикнула Мишель и испуганно замерла, когда Доминик вдруг громко и твердо сказал:
— Выпей.
Взгляды всех присутствующих устремились к нему, но Доминик смотрел только на Джерри.
— Выпей, — повторил он более мягко. — Приворотных, помимо зелий, хренова туча, а я… — тут он стиснул зубы, отчего на высоких скулах отчетливо проступили желваки. — Я хочу быть уверен. В конце концов, она знает тебя дольше, чем я.