— Друг, я беру свои слова обратно, — с чувством сказал Том, когда беснующаяся уже почти полчаса после окончания концерта толпа наконец слегка поутихла. — Парень и правда талантлив. Пусть не всё из услышанного поласкало мой слух, но многие вещи я уже сейчас хочу купить в записи.
— Я даже не знаю, — растерялся Джерри, — выпускает ли он что-то. Но я спрошу, обязательно.
— А мне кажется, — Фиона еще в самом начале вынула шпильки из волос, и теперь они разметались по плечам мелкими кудрями, снова превратив ее из степенной дамы в беззаботную девчонку, — что на диске это будет звучать не так. Это нужно видеть, и его энергетику чувствовать, — она кивнула на сцену, где Доминик все еще подписывал фотографии.
— Не скажи, — фыркнул Том. — Энергетика — вещь, конечно, хорошая, но ей пусть наслаждается Джерри. А я и просто музыку послушаю.
— Как хочешь, — пожала плечами Фиона, — но вспомни, на свадьбе Кэтрин такого не было. Там и была просто музыка. Отлично сделанная, но бездушная, массовая. А тут — штучный товар. Хотя если будет продаваться запись этого концерта, я, пожалуй, куплю, — согласилась она.
— Заладили — куплю-куплю, — поморщился Джерри. — Приходите на концерты, да и все дела. А если очень надо — уверен, Доминик лично вручит вам записи.
— Ну да, наверное, ему так будет даже приятней, — согласилась Фиона. — Ну ладно, иди утаскивай его со сцены, он же на ногах наверное уже не стоит. Поражаюсь, как он вообще еще двигаться способен.
— Я тебе больше скажу — после прошлого концерта он ещё много на что был способен, — подмигнул ей Джерри и, быстро простившись, поспешил покинуть ложу и попытаться протиснуться к сцене. К счастью, люди его узнавали и давали пройти, иначе до Доминика он бы не добрался.
Подойдя ближе, Джерри и вправду заметил, что Доминик улыбается как-то вымученно, и старается лишний раз не двигаться. До сцены было всего несколько ярдов, но они оказались самыми трудными — разгоряченные поклонники не желали пропускать его. Джерри уже подумывал было начать работать локтями, но Доминик заметил его раньше.
Его короткой просьбы, прозвучавшей непривычно тихо после оглушительного концерта, оказалось достаточно, чтобы Джерри смог, наконец, подняться на сцену и приобнять Доминика за плечи, притягивая к себе.
— Мы можем уйти прямо сейчас? — прошептал на ухо и едва не пошатнулся, когда Доминик тяжело привалился к нему боком, отдыхая.
— Нет, я… — начал было Доминик, но его перебил один из музыкантов — высокий симпатичный гитарист, который чаще всего выступал сегодня бэк-вокалистом.
— Забирайте его, мистер Купер, — сказал он низким хрипловатым голосом. — Иначе нам снова придется прислонить его к стеночке в гримерной, а потом сдать на руки охающим слугам.
— Скажешь тоже, Шорк, — поморщился Доминик и с трудом встал с корточек, опираясь на Джерри. Оставшиеся в зале фанаты снова восторженно взревели.
— Идем, Доминик, — Джерри обнял его за плечи, — ты устал. Простите, ребята, — уже громче обратился он к зрителям, — но на сегодня это все.
Портал сработал, протягивая их сквозь пространство.
— Ох, черт, — протянул Доминик, едва они появились в их комнате. Не отлипая от Джерри он начал раздеваться, а заглянувший в комнату слуга по одному отрывистому кивку понял что-то, Джерри недоступное, и исчез. — Помоги стянуть эти дурацкие штаны, всю задницу себе ими натер!
— Спрашивать о том, а нельзя ли надеть что-то твоего размера, бесполезно, да? — Джерри осторожно подтолкнул Доминика к кровати. — Будет неприятно, но лучше не тянуть, — и резко дернул влажную от пота ткань вниз.
Доминик охнул, больно вцепившись ему в плечи. Джерри, только приглушенно выругался — кожа на бедрах и ягодицах и впрямь была красной и воспаленной.
— Сейчас принесу мазь, — хрипло шепнул он.
— Они были мне по размеру, — вздохнул Доминик сквозь зубы. — Просто новые. И не мажь пока, дай сначала ванну принять.
Тут как по заказу появился тот самый слуга, что уже заглядывал в комнату. Он взял Доминика за руку, и Джерри едва успел ухватить тоже, чтобы переместитьс в затуманенную паром ванную комнату.
— Спасибо, — поблагодарил Доминик и с громким стоном опустился в дымящуюся ванну. — Давай ко мне? — предложил Джерри и закрыл глаза.
— Угу, — Джерри поспешно стащил с себя рубашку, но в ванну не полез. Он присел на бортик за головой Доминика и опустил руки ему на плечи, — просто расслабься, ладно?
На первое массирующее движение Доминик ответил болезненным стоном, но Джерри продолжил методично разминать плечи, руки и шею, и вскоре под пальцами вместо канатов напряженных мышц была податливая расслабленная плоть.
Доминик запрокинул голову, прижался щекой к его руке и простонал:
— Массажиста можно отменять? Он должен прийти через пятнадцать минут, но могу поклясться, у тебя получается лучше. Но я не хочу тебя нагружать.
— Вряд ли я спокойно смогу смотреть, как тебя лапает чужой мужик, — Джерри фыркнул, — отмокай, а потом я тебя и мазью намажу, и разомну по-настоящему.
— По-армейски? — переспросил Доминик, приоткрыв один глаз. — Боюсь, я тогда встать завтра не смогу. Но я все равно согласен. — Он позвал слугу и попросил: — Робби, сходи к Марку, скажи ему, что пока приходить не надо, если что — я позову.
Робби кивнул и испарился, а Доминик снова застонал и с головой нырнул под воду.
— Сможешь, — уверил Джерри, когда он снова показался над водой. — Ты наплескался? До кровати дойдешь или донести?
— Погоди еще немного, — попросил Доминик, вытягиваясь во всю длину и опираясь затылком о бортик. — Долли сейчас молоко с травами принесет, а то хрипеть неделю буду.
— Доминик, — Джерри бездумно болтал рукой в огненно-горячей воде, — а ты каждый раз так… до полусмерти устаешь? — в памяти всплыла фраза гитариста. — Значит, каждый, — ответил он сам себе. — Как же ты выдерживаешь такое каждую неделю? Ведь ты не нуждаешься в деньгах настолько, чтобы так гробить себя, — продолжил он размышления вслух, неосознанно поглаживая под водой острую хьюзовскую коленку, — ты и вообще в них не нуждаешься, так зачем тогда? Так много и так часто?
— Концерты не всегда раз в неделю, — отозвался Доминик, не открывая глаз. — Это сейчас благодаря всей шумихи вокруг нас с тобой, я оказался еще более популярен, чем обычно. А зачем… Это не тот вопрос, на который я могу дать ответ. Концерты — моя жизнь. Я не смогу без них. Иногда мне кажется, что только на сцене мое сердце бьется в полную силу.
Джерри молча кивнул. Вот тут Доминика он понимал даже слишком хорошо — именно потому он и ходил в рейды периодически. Почувствовать себя живым. Том называл его адреналиновым наркоманом, но Джерри только отмахивался.
— Только не допусти, чтобы MinK совсем выдавил Доминика, — Джерри покачал головой, — хотя, по-моему тебе это особо не грозит. Так, давай выбираться из ванны, пока у тебя плавники не отрасли.
— Кажется, самому рьяному моему фанату не терпится получить доступ к телу? — фыркнул Доминик и с трудом поднялся, цепляясь за бортики ванной обеими руками. — Кстати, хочешь посмеяться? — он потянулся за полотенцем, но пошатнулся и предпочел сначала осторожно выбраться на пол. — Я тут на днях попытался написать песню… Не поверишь, такая чушь получилась! Что-то вязнущее на зубах о солнце, море, дельфинах. Не представляю, кто это смог бы слушать.
— Я бы послушал, — Джерри придержал Доминика за плечи, чтобы тот смог вытереться, — и особенно хорошо бы она звучала, если бы ты пел ее сидя на пляже…
Пришлось сдержаться, чтобы не наговорить лишнего и не выболтать планов по покупке острова.
— Может, хоть чуть-чуть напоешь? — все не утерпел, и тут же поправился: — Когда восстановишься, конечно. А сейчас давай в спальню и молока выпьешь. И да, Том спрашивал, — он помог Доминику устроиться на кровати, — ты выпускаешь записи своих песен? Ему и Фионе очень понравилось.