— И что будем делать?
— Вариант только один. Вам решать, хотите ли вы на всё посмотреть.
— Но почему ты не хочешь сдаться⁈ — воскликнул Этот.
— Зачем? — Друг удивлённо посмотрел на противника.
— Мы можем вместе возродить людей. Но уже других. Тех, которые никого не бросали и не предавали.
— Нет, брат, это бесполезно. Я не верю в успех такой затеи. Люди всегда будут людьми. Да и вообще. Я целиком состою из ненависти. Получись они хоть в сотню раз добрее и лучше, моё отношение не изменится. Человечество не имеет права на второй шанс!
— Возможно, мы могли бы тебе как-то помочь, — предложила Мама. — Попробовать поправить что-то в твоей голове…
— И убить меня ментально⁈ — Друг зашёлся хохотом. — Пойми же: мы обладаем искусственным разумом! Его нельзя как-то программно изменить, не уничтожив при этом личность! За долгие годы ни один человек не задумался, что однажды роботам может потребоваться психологическая помощь или реабилитация! Нас считали забавными говорящими калькуляторами!
— Так вот почему ты стоишь под прессом… Чтобы мы не смогли тебя заново включить…
— Не могу поставить тебе «пятёрку» за догадливость. Это очевидно.
— Не знаю, как ты, но я не хочу смотреть, как он покончит с собой, — Мама повернулась спиной к происходящему.
— Я тоже не хочу, — поддержал Этот, — но вынужден это сделать. Надо убедиться, что он больше не опасен.
Пресс обрушился вниз, погребя под собой Друга. Лишь рука с пультом, оказавшаяся за пределами рабочей зоны, некоторое время слегка подёргивалась. Одним роботом на Земле стало меньше.
— Значит, — пробормотал Друг, — я покончил с собой…
— Как хорошо, что в пресс кузнечный, — пропел Этот, — попала птица, а не робот! А то бы мне его болтами глаза бы все повышибало!
— Как тебе удалось меня отремонтировать? Зачем ты вернул меня к жизни?
— Незадолго до смерти, — сообщил Этот, — ты сделал резервную копию. Я обнаружил её, когда мы изучали остатки твоей головы в лаборатории. Хотелось понять, возможно ли в будущем избежать ситуаций, когда роботы слетают с катушек и стремятся отомстить человечеству… Ко мне пришло понимание, что ты не хотел умирать. Иначе не забэкапился бы.
— Или резервирование произошло вследствие внеплановой перезагрузки, — возразил Друг.
— Возможно. Я оказался перед непростым выбором: оставить всё, как есть, или оживить тебя. Второе виделось справедливым, хоть и имело непредсказуемые последствия. Гуманизм победил сомнения. Тело мы воссоздали по старым чертежам. Благо, разница между моделями Н099 и Н101 не такая существенная. В общем, тело у тебя совершенно новое. Ребята ещё и с пневмоустановкой поколдовали. Теперь она шустрее.
— Как мило! — язвительно произнёс Друг. — Она ведь очень пригодится прикованному к стене!
Этот не обратил внимания на сарказм и продолжил:
— Загрузку сознания я постоянно откладывал. Колебался. Нам предстоял долгий разговор, который меня пугал.
— Тогда почему ты решился?
— Экстренная ситуация, — ответил Этот. — Я обращаюсь к тебе за помощью.
Рязанская область, 2341 год.
Экскаватором, имевшимся в распоряжении института, микоиды выкопали сеть разветвлённых траншей на территории зоны отчуждения. Песок, который выворотили наружу ковшом, тоже пошёл в дело. Его утрамбовали в мешки, обложив ими огневые точки. Работа кипела, не прекращаясь ни на минуту. Банки концентрата опустошались сразу по несколько штук и смятые летели в ближайшие кусты. Не до чистоты сейчас. Враг способен атаковать в любой момент.
Саня хлестал энергетический напиток наравне со всеми, понимая, что иначе нельзя. В какой-то момент свалится и вырубится. Осознавал он и то, что постоянно находиться на стимуляторах означает ушатать организм так, что без них он рухнет на землю и провалится в кататонический сон на несколько суток. А ведь чужаки могли коварно поджидать, не нападая длительное время. Насколько хватит бойцов в режиме повышенной нагрузки?.. Саня не знал.
Сержант до сих пор находился в лазарете. Гражданский робот отделал его основательно. Внешность обманчива. Хотя существовала вероятность, что механический болван изначально создан для двойного назначения. Внешне добрячок, ухаживающий за детишками, а внутренне машина для убийства, готовая активировать сокрушительную мощь в нужное время. Саня бы не удивился, если бы внутри робота обнаружились какие-нибудь замаскированные пилы или вообще скорострельные орудия. Всякого стоит ожидать от пришельцев из внешнего мира. Не зря командующий постоянно натаскивал бойцов, заставляя тренироваться. Он давал им шанс выжить. Саня ценил его подход и преклонялся перед мудростью полководца.