Этот подхватил обрезок арматуры и сделал выпад в сторону ближайшего жестянщика. И тут же получил удар кувалдой в спину. Робот-помощник пошатнулся, но устоял. Развернувшись, он вонзил арматуру в оптический модуль нападавшего, с хрустом провернул её и выдернул из «раны».
— Один — ноль в мою пользу! — воскликнул Этот и едва успел увернуться от отвёртки, которую ему пытались воткнуть в ухо.
Жестянщики откатились чуть назад и снова начали что-то пищать друг другу. И лишь ослеплённый крутился на месте, пытаясь сориентироваться в пространстве. Этот направился было к нему, но решил, что добивать врага нет смысла. Он больше не опасен. Не то что остальные. В подтверждение его мыслей часть жестянщиков сгруппировалась в ударный кулак и ринулась на Этого. Остальные двигались медленнее, прикрывая возможные пути бегства робота-помощника.
Этот развернулся и понёсся прочь от атакующих. И лишь когда он увидел перед собой разверзнутую «пасть» гидравлического пресса, Этот понял замысел врагов. Но было уже поздно: жестянщики обложили его со всех сторон, и отступать было некуда. Точнее, остался всего один путь — под пресс. Этот моргнул сенсорами, мысленно попрощался с друзьями, и тут раздался первый взрыв. Что-то тёмное с жужжанием спикировало с неба и ударило в двигатель пресса. Шарахнуло так, что у Этого зазвенело в ушах.
Это было только начало. Такие же тёмные тени, в которых робот-помощник сумел распознать «ястребов», посыпались с неба один за другим. Бабахало со всех сторон, и уже гораздо мощнее: дроны поражали газовые баллоны для горелок, отчего жестянщиков буквально разрывало пополам. Ошеломлённые враги метались из стороны в сторону, натыкаясь на горящих товарищей. Пламя перекидывалось с одного жестянщика на другого, снова звучали взрывы, и нападавших становилось всё меньше и меньше.
Пытаясь укрыться от пролетающих мимо оторванных конечностей и кусков металла, Этот не придумал ничего лучше, чем спрятаться внутри пресса. После того, как двигатель был уничтожен, пресс превратился в самое безопасное место на свалке. Постепенно взрывы затихли, и Этот боязливо выглянул наружу. Удар возмездия прилично проредил жестянщиков. Последствия атаки были пугающими: развороченные догорающие корпуса, разбросанные по земле запчасти и порванные гусеницы, искрящиеся и подёргивающиеся «тела» врагов… Пять-семь из них ещё были на что-то способны, остальных можно смело списывать в утиль. Этот испытал что-то вроде укола совести. Не прояви он любопытства, жестянщики и дальше копошились бы на своей свалке.
В небе висел единственный не задействованный в атаке «ястреб». Заметив робота-помощника, он снизился, и из динамика раздался привычный и родной голос Незабудки:
— Малыш, возвращайся. Мы уже соскучились!
Этот кивнул и торопливо покатился к выходу со свалки. Лишь бы на обратной дороге кабана не встретить. Одного раза вполне достаточно.
III
Самара, 2133 год.
Друг посмотрел через Стёпкино плечо и тоже увидел Борьку.
— Это он? — уточнил робот.
Стёпка кивнул.
— Пойдём пообщаемся? — предложил Друг.
Мальчик поёжился. Добровольно получать «добавки» совершенно не хотелось.
— Я не дам тебя в обиду, — сказал Друг. — Всё будет хорошо.
— Родители запретили мне выходить из дома! — Стёпка попытался привести последний аргумент.
— Мы быстро. Никто и не заметит.
Они прошмыгнули в коридор и бегом выскочили за дверь. Стёпку немного потряхивало. Друг же был невозмутим. Ему-то бояться нечего!
Мальчик и робот вышли из подъезда и прямиком направились к Борьке. Тот оторопело замер, не ожидая от Стёпки такой смелости.
— Ты пришёл извиниться и попросить прощения? — поинтересовался Друг.
— Я пришёл сказать, — надменно произнёс Борька, — что если твои родаки накатают на меня заяву, то ты — труп!
— Ха. Ха. Ха, — Друг не засмеялся, а проговорил это по слогам. — Какой ты, однако, смелый. Мало того, что из школы вылетишь, ещё и на учёт загреметь хочешь?
— Я с ним разговариваю, а не с тобой, железка! — крикнул Борька.
— А он с тобой разговаривать не хочет. Это понятно?
Борька плюнул на землю, подбежал к своему мячу и со всей дури пнул его, целясь Другу в голову. Робот не стал уклоняться, молниеносно выставил руку, поймав «снаряд», а затем отправил его обратно в Борьку. Мяч попал хулигану в грудь, и тот плюхнулся на свои тощие ягодицы. Стёпка захихикал, прикрывая рот ладонью.