Если человека не устраивал базовый доход, он мог строить карьеру в своей профессиональной области. Раз в год проводились специальные квалификационные тесты, которые, кстати, изжили кумовство на работе, ведь результаты обрабатывались искусственным интеллектом. Сдавший их получал повышение. Правда, неразрешённым оставался один вопрос: что будет, когда случится переизбыток высококвалифицированных кадров? Директор-то в НИИ один. К счастью, эта проблема не успела достигнуть острой фазы. Люди улетели с Земли.
А Этот не улетел. Немного поразмыслив, он выбрал аэроэкспресс. Поезд передвигался по поверхности. Можно было посмотреть окрестности и новые пейзажи. Экспедиция экспедицией, а удовольствие от путешествия надо получать по полной программе.
IV
Самара, 2133 год.
По радио шёл концерт экспериментальной музыки. Квартиру наполняла дикая какофония, инструменты и жанры безжалостно смешивались, ритм скакал, тональности менялись так, словно музыкант намеренно хотел запытать слушателя до смерти. Друг возился на кухне, с интересом слушая концерт. Музыка ему не нравилась, но было любопытно ознакомиться с чем-то новым. Ведь никогда неизвестно, станет ли это новое когда-нибудь обыденным.
Друг вытерпел с четверть часа, потом сменил волну. На «Маяке» транслировали аудиоспектакль по какой-то давно забытой книге. Два раза в неделю на радиостанции доставали из архивов новую запись и знакомили с ней слушателей. Сегодня был один из таких дней. Фоном играл тягучий эмбиент, и рассказчик вещал:
— Джокер очнулся от холода. Первое, что он увидел, было свинцово-серое осеннее небо, с которого нескончаемым потоком низвергались струи ледяного дождя. Джокер был обнажён. Он лежал в грязи посреди бескрайнего поля, чья почва давно превратилась в жидкий кисель. Редкие деревья едва проглядывали сквозь туман, и лишь на западе вырисовывались очертания чего-то массивного. Это был Город.
«Добро пожаловать домой, сынок!» — мелькнула в голове абсурдная мысль. Не в силах сдерживать подступившую тоску, Джокер поднялся во весь рост и дико завыл, откинув голову назад и воздев руки к безразличным небесам, которые плевали ему в лицо крупными каплями воды.
Друг заинтересовался повествованием, но тут на кухню зашла Аля и выключила звук. Робот бросил на неё неодобрительный взгляд и отвернулся.
— Я хочу извиниться, — сказала Аля.
Друг хмыкнул.
— С чего бы? — спросил он.
— Я приревновала Женю к Хикари и психанула. Ты просто попал под раздачу. Я была неправа.
— Ладно, — Друг повернулся. — Допустим, ты всё обдумала и говоришь искренне. Почему именно сейчас? Кто мешал сделать это раньше?
Аля замялась. Наверное, лучше сказать правду, а не юлить.
— Я говорила с Хикари. Она сейчас занимается улаживанием юридических моментов с Борькой и его представителями. И ей нужна наша помощь. Точнее, твоя.
— Хм… — Друг задумался. — Я удивлён. С виду она довольно неприятный персонаж, а поступает правильно.
— У неё есть и корыстные мотивы…
— Куда ж без них. И всё же Хикари за нас. Хорошо. Я поговорю с ней.
— Спасибо, — прошептала Аля и внезапно обняла Друга.
V
Москва, 2249 год.
Робот-машинист оказался ужасно прилипчивым и болтливым, рассказывавшим несмешные для Этого шутки. Их стоило бы назвать «расистскими», но машинист шутил над своими соплеменниками:
— Во, слушай ещё одну! Какие у робота-помощника две белых вещи? Знаешь? Корпус и хозяин! А-ха-ха-ха!
Смеялся он достаточно странно, сливая слоги и промахиваясь с ударениями. Получалось «́Аха-х́аха!».
— Или вот. Как называется робот в университете? У-бор-щик!
Этот из вежливости посмеялся над первыми двумя шутками. Это было фатальной ошибкой. Машинист просто не закрывал рта. Ладно, не затыкал свой динамик.
— Почему в Москве так много роботов, а на Сахалине — землетрясений? Сахалин выбирал первым!
Этот уже не знал, что делать, когда на глаза ему попалась информационная табличка: «Уважаемые гости Москвы! Российские железные дороги рады приветствовать вас в столице нашей Родины! Если в дороге вы хотите прослушать аудиоэкскурсию, громко произнесите: „Я иду, шагаю по Москве!“ — и выберите из списка предложенных тем».
— Я иду, шагаю по Москве! — завопил на весь вагон Этот.
Машинист замолчал на полуслове. Вместо него из динамиков заговорила «экскурсовод Оксана». Как и Лукерья в самолёте, Оксана была обычной программой. Этот выбрал лекцию «Пешеходные маршруты по Кремлю и его окрестностям».