— Спасибо, — пробормотал он, засыпая.
Женя спал и не знал, что однажды, столетие спустя, один такой робот-помощник попытается изменить судьбу всего человечества. Об этом не знал не только он, но и вообще все жители планеты. Будущее ещё не наступило. Но оно неизбежно.
Глава 10
I
Алушта, 2134 год.
Санаторий «Солнечная долина» больше походил на небольшой город, чем на лечебно-оздоровительное учреждение. Помимо различных процедур, тут можно было посетить аттракционы, парки развлечений, водные горки, кафе и рестораны. Погода стояла на удивление жаркая. Около двадцати градусов. Поэтому многие отдыхающие продолжали купаться даже в море, не говоря про подогреваемые бассейны.
Аля и Стёпка прогуливались по набережной. Точнее, прогуливалась Аля, а Стёпка носился на своём моноколесе по велодорожке. С моря тянуло прохладой и солью. Вдалеке парил крупный баклан, чайки помельче качались на волнах, как резиновые уточки в детской ванне. Едва ли не у самого горизонта плыл корабль, и даже отсюда, хоть и тихо, слышался вой его гудка. Красота!
— Не хотите кофе?
Аля обернулась и увидела немолодого мужчину. Он был с ней одного роста, лысоват и худощав. Его лучшие годы явно миновали, но мужчина при взгляде на него не вызывал отторжения. Про таких говорят: «Для своего возраста неплохо сохранился».
— Вот так сразу, без прелюдий? — Аля склонила голову набок и внимательно посмотрела на мужчину.
— А чего зря время терять, кофе же остынет! — отшутился тот. — Меня Максим зовут. Кольцо у вас на пальце я заметил, сына тоже вижу. Ничего коварного не замышляю, да и с моей внешностью сложно играть в Казанову.
— Алевтина, — представилась Аля. — Тогда что у вас за мотивы?
— Видите ли… — замялся Максим. — Семьи и детей у меня нет. Поэтому я иногда пристраиваюсь к другим людям, конечно, с их согласия, и примеряю на себя роль дяди, к которому приехали погостить родственники. В жилетку никому не плачусь, поддерживаю разговоры на любые темы, могу сводить в кафе или свозить на экскурсию.
— Ну, не знаю, не знаю, — Аля пожевала нижнюю губу, размышляя. — Какой-то неравноценный обмен получается.
— Да бросьте! Как надоем, сообщите, я мигом и исчезну.
— А если я попрошу, — хитро прищурилась Аля, — сделать с нами селфи, чтобы отправить его мужу, как вы к этому отнесётесь?
— Да хоть десять штук! — Максим полез за телефоном. — Или на ваш сделаем?
— Хорошо, — согласилась Аля, — идём пить кофе.
Она позвала Стёпку, и они сначала действительно сделали селфи. Осторожность никогда не помешает. А вот теперь можно и перекусить. Прогулка благостно сказалась на аппетите.
II
Новосибирская область, 2249 год.
Незабудка снова подсуетилась и организовала абсолютно пустой воздушный коридор, не пересекающийся с другими бортами, поэтому Пятитысячный мог спокойно погонять на предельной скорости. Помня о том, что рано или поздно ему придётся уходить из профессии из-за износа, позволял он себе такое нечасто. Иногда, зато с огромным удовольствием. Тем более, его пассажирами были роботы, которым это не доставляло никакого дискомфорта.
Облака под ними не баловали разнообразием и выглядели, словно их размножили на компьютере, пытаясь сэкономить бюджет. Мама, смотревшая до этого в окно, заскучала и не нашла ничего лучше, как начать терроризировать Лукерью, задавая ей всякие глупые вопросы и давая невыполнимые поручения. Хорошо, что голографическая стюардесса не обладала собственным интеллектом, иначе бы не миновать скандала.
Этот тоже придумал себе развлечение. Он катался туда-сюда по салону, бормоча только что придуманную считалочку. Пятитысячному следовало бы приструнить друзей, но он не стал так поступать. Пусть немного похулиганят. На земле им будет чем заняться, и времени на шалости не останется.
Этот продолжал кататься по салону, декламируя:
Раз, два, три, четыре, пять!
Вышел робот погулять.
Вдруг жестянщик выезжает
И горелкой угрожает.
Пш-пш, ой-ой-ой!
Умирает робот мой!
Повезли его в больницу
Да сорвали поясницу.
Когда в сервис потащили,
Так три раза уронили.
Разобрать уже хотели,
Но в итоге пожалели.
Притащили к Незабудке,
Встал он на ноги за сутки.
Раз, два, три, четыре, пять!
Робот вновь идёт гулять!
Мама перестала третировать Лукерью и уточнила:
— Ты же не сам придумал. Была считалка про зайца.