— Ты так и не рассказал, кстати, — укорила его Мама. — Может, уже пора?
Точка невозврата была пройдена, и Пятитысячный вырубил двигатели, отправив своё тело в свободное падение и выставив закрылки так, что самолёт буквально клюнул носом и рухнул вниз. «МС», победно вопя, пронёсся выше, но Пятитысячный и не думал сдаваться. Вновь заработали турбины, и он заложил крутой вираж, вывернув корпус почти на девяносто градусов. Не уйдёшь, гадёныш!
— Ты проиграл, пятачок! — напомнил «МС». — Теперь отвали от меня!
— С чего ты взял? — поинтересовался Пятитысячный. — Мы только начали!
— То есть? — опешил «МС».
— Сейчас ты огребёшь! — Пятитысячный поднялся выше и начал нагонять противника.
Поравнявшись с ним, Пятитысячный вырвался чуть вперёд и начал снижение.
— Борт 237, что вы делаете? — в этот раз на связь вышел диспетчер из Новосибирска.
— Вытесняю нарушителя из воздушного пространства, — последовал ответ.
— Приказываю восстановить курс!
— Нет, — отрезал Пятитысячный. — У меня в салоне двое пассажиров, которые могли пострадать из-за действий аэрохама. Сейчас он отхватит по полной программе.
Диспетчер продолжал ругаться и требовать подчинения, но без толку. «МС», в свою очередь, попытался маневрировать и сбросить преследователя. Пятитысячный был неумолим. Такое прощать нельзя! Он опустился ещё ниже, выпустил шасси и стал наносить ими удары по корпусу «МС». Слабые, передающие послание: «Снижайся!»
— Ты что⁈ — завопил «МС», понимая, чем всё может закончиться. — Прекрати!
Пятитысячный не ответил. Он продолжил наседать на противника, выдавливая его вниз.
Вскоре облака расступились, и вдалеке показалась величественная гладь Оби. Этот с Мамой прильнули к иллюминаторам. Какая же красота! Если не считать небольшой тряски от ударов по «МС», можно было представить, что Пятитысячный просто решил устроить своим друзьям небольшую обзорную экскурсию перед приземлением. Пожалуй, своему конкуренту он её тоже сейчас устраивал, пусть и принудительно.
— Слушай, — взмолился «МС», — разреши мне улететь! Я клянусь, что никогда больше сюда не сунусь и других тревожить не стану. Мы же с тобой разобьёмся!
— Я — нет, — констатировал Пятитысячный. — Ты же видел, как я маневрирую. У тебя только один выход.
— Какой?
— Сбрасывай горючее и садись на воду.
— Ты с ума сошёл⁈ — крикнул «МС». — А кто меня потом вытаскивать будет?
— Это позже решим, — усмехнулся Пятитысячный. — Я бы тебя вообще в небо не пускал. Решай. Прямо по курсу скоро будет мост. Если не сделаешь, как я говорю, аккурат об него и размажешься. Свобода выбора в чистом виде.
— Пощади! — простонал «МС».
— Нет. Вообще-то я — добрый и весёлый парень. Но из-за тебя могли погибнуть мои друзья. Я такого не прощаю. Выбирай!
— Хорошо, — сдался «МС», — начинаю сброс топлива.
Удостоверившись, что его требования выполнены и «МС» приступил к приводнению, Пятитысячный развернулся и набрал нужную высоту.
— Борт 237 вернулся на прежний курс, — доложил он диспетчеру.
V
Самара, 2134 год.
Вся команда была в сборе. Даже генеральный продюсер не смог отвертеться, хотя обычно ему это удавалось. Хикари впилась в него подобно пантере и не ослабляла хватку, пока тот не поклялся своими должностью и имуществом, что обязательно прибудет на совещание.
На большой панели нашлось место всему — цифрам, графикам, схемам, кадрам из роликов и нарезке передач. Хикари в очередной раз поводила по ней пальцем, расставляя материалы покрасивее, и взяла слово:
— Вы, наверное, думаете: «Опять эта взбалмошная дура чего-то придумала». И вы совершенно правы! Мне бы хотелось устроить один эксперимент. С позволения продюсера, конечно.
— А то ты его когда-нибудь спрашивала, — отозвался последний.
— Тем не менее, — Хикари уселась на стол и заболтала ногами, — в этот раз я хочу его получить. Если посмотреть на графики… Смотрим, смотрим, они не такие скучные, как ваши физиономии! То можно увидеть, что рейтинг нашего шоу, когда я его веду одна и когда мы ведём его вместе с Другом, сейчас не очень сильно различается. С роботом выше, но уже не так, как раньше. Видимо, зрители привыкли к нашему тандему, пропало ощущение новизны. Вывод? Мы теряем деньги.
— У тебя ведь есть предложение, — подал голос Друг. — Озвучь его.
— Сразу видно, что тебя Женя создал! Душниной пахнуло, хоть форточку открывай, — уколола его Хикари. — А драматизм, а экспрессия⁈ Ладно, ты прав. Предлагаю попробовать вариант, когда Друг будет вести передачу без меня.