Геймификация.
Баллы, стикеры, ежедневные награды за вход. Всё это превращает рутинные действия в игру. Исследования показывают, что взрослые люди в США проверяют телефон в среднем 344 раза в день. Даже простое присутствие телефона в поле зрения снижает когнитивные способности человека.
Демократизация.
Социальная необходимость использования смартфона стала ключевым фактором его широкого распространения. Он стал ключом к социальной жизни человека. Мессенджеры, социальные сети и видеохостинги стали основными средствами получения информации. Для современной молодёжи жизнь без смартфона сразу же становится социальной изоляцией.
Произошла централизация функций и телефон заменил десятки устройств, став фотоаппаратом, навигатором, будильником, банковской картой, плеером и телевизором. Отказаться от смартфона стало физически невыгодно. Также, произошло стирание возрастных границ. Смартфонами стали активно пользоваться как дети, для которых он стал окном в мир игр и общения, так и пожилые люди, для которых видеозвонки с близкими стали спасением от одиночества.
Разобранная эволюция смартфонов была бы неполной без анализа ключевого экономического фактора, который окончательно превратил его из атрибута среднего класса в поистине массовое глобальное явление. Преодоление ценового психологического и экономического барьера эквивалента в сто долларов США стало точкой перелома. После этого смартфоны стали доступны практически всем слоям населения в мире. Появились недорогие модели, заполнившие рынок в развивающихся странах Азии, Африки и Латинской Америки, что привело к беспрецедентному социально-экономическому эффекту.
Путь к массовости начался с драматического снижения стоимости мобильной связи в целом. Если первый коммерческий мобильный телефон Motorola DynaTAC 8000X в 1984 году стоил баснословные $3,995, то к концу 1990-х — началу 2000-х модели вроде Nokia 1100 2003 года уже предлагались по цене в сто долларов. Этот прорыв стал возможен благодаря экономии на масштабе производства и модели субсидий от операторов связи, которая позволяла получить дорогой аппарат за символическую плату при заключении долгосрочного контракта.
С появлением смартфонов цена снова взлетела. Первый iPhone в 2007 году стоил $499, будучи премиальным продуктом. Однако конкуренция на платформе Android и рост производства в Азии, в первую очередь в Китае, быстро изменили ситуацию. К середине 2010-х годов такие компании, как Xiaomi, Huawei, её суббренд Honor, OPPO и Vivo, освоили выпуск качественных устройств с достойными характеристиками по агрессивно низким ценам, вытесняя с рынка всё остальное. К 2020 году смартфон от лидера рынка можно было приобрести уже за $150–200.
Следующей революционной вехой стало достижение планки в $99 или её эквивалента в местной валюте уже для полноценных смартфонов, в том числе с поддержкой скоростной связи. Как предсказывал анализ Deloitte за 2022 год, такие устройства должны были появиться в 2023 году и стать катализатором внедрения нового поколения связи. Прогноз сбылся. К 2025 году на рынке представлены модели, подобные HMD Vibe 5G, с 5G-модемом, аккумулятором на 5000 мА·ч и HD экраном ровно за $100.
Преодоление барьера для миллиардов людей.
Для огромного населения развивающихся стран смартфон за $1000 — это абстракция, а устройство за $99 — уже реальная, хоть и серьёзная, но достижимая покупка. Производители и операторы компенсируют низкую маржу на аппарате за счет других источников в виде предустановленных приложений, рекламы в интерфейсе, продажи контента, услуг и обязательных тарифов на связь. В Китае собственные экосистемы и магазины приложений позволяют компаниям субсидировать стоимость железа на 30–40 %.
Для операторов связи в развивающихся регионах дешёвые 5G-телефоны стали инструментом будущего. Они сначала распространяют устройства среди абонентов, а затем строят под них сети, поскольку передача данных по 5G в итоге эффективнее и дешевле, чем по 4G. Азия, а в особенности Китай, стала не только главным потребителем, но и главным архитектором этой новой реальности. Здесь эффект удешевления проявился наиболее ярко и привёл к системным изменениям.
Китай, с его зрелыми производственными цепочками и инновационными кластерами вроде Шэньчжэня, смог наращивать качество и снижать стоимость одновременно. Местные бренды Xiaomi, OPPO и Vivo стали глобальными компаниями именно за счёт стратегии «высокое качество по низкой цене».