Стук в дверь заставил меня вернуться в настоящее — снаружи я обнаружил Марка.
— Входи, — сказал я ему. — Я тебя не особо видел последние пару дней.
— После того, как я доставил твоё сообщение Арундэлу, я оказался призван помогать больным, — ответил он. — Там было несколько человек, пострадавших летом.
— Ох, — не смог я придумать никакого другого ответа.
— Однако я подумал, что тебе следует знать: Шэлдон вернулся вчера вечером в ужасном настроении. Ты правда произвёл на него мощное впечатление.
Я мрачно улыбнулся:
— Это у нас с ним взаимно. Что он сказал?
— Я не буду тратить твоё время, цитируя большую часть его слов. Оратор из него не очень вдохновлённый, наиболее оригинальным оскорблением у него было «синолорд», — сказал Маркус, улыбнувшись мне на миг, прежде чем его лицо приняло серьёзное выражение. — Гораздо тревожнее тот факт, что он уже готовится провести зиму в столице.
— Он уже уезжает? — спросил я, удивлённый тем, что он двигался так быстро. — Что он сказал своим людям?
— Ничего — это выглядело бы почти нормальной поездкой за границу баронства, если бы не тот факт, что он забирает с собой всех своих воинов… и упаковывает все имеющиеся у него ценности, — сказал мой друг, покачав головой. — Он собирается их всех бросить, Морт.
Моё плохое мнение о бароне опустилось ещё ниже — его сущее безразличие к судьбе его людей раздражало меня больше, чем я мог выразить словами.
— Он ещё не уехал?
— Когда я покинул баронство, он всё ещё был там. Думаю, он собирается выехать утром.
У меня в голове начал очерчиваться план. Это, вероятно, было не самым мудрым из моих намерений, но совесть не позволяла мне поступить иначе. Я пошёл вниз, чтобы приготовиться к следующему утру.
Глава 24
Когда мы прибыли, добрый барон как раз покидал свою усадьбу. Думаю, он был удивлён, увидев меня, причём удивлён неприятным образом, что меня вполне устраивало. Пенни ехала справа от меня, а Марк сидел на своей верховой слева. Позади из нас двигались десять людей из уошбрукского ополчения.
— Лорд Камерон, я не ожидал увидеть вас сегодня, — обратился ко мне барон. Он ехал во главе более тридцати гвардейцев. Я увидел позади них тяжело нагруженных мулов, а также исключительно больше число «сменных» лошадей. Он, наверное, опустошил свои конюшни. Тот факт, что он заботился о скоте больше, чем о своих людях, нисколько не улучшил мой настрой.
— Судя по вашему виду, милорд, вы отправляетесь в путешествие, — любезно ответил я.
— Я собираюсь перезимовать в столице. Вы ведь не ожидаете, что я останусь? — спросил он, презрительно скривив губу.
— Я ожидал, что вы проявите порядочность, уведомив своих людей о грядущей войне. Лишь трус собирает вещи и бежит, не оставив своим людям хоть какое-то предупреждение, — холодно ответил я. Он явно и своим слугам тоже не потрудился сказать… Я увидел, как среди его людей в ответ на мои слова поднялось несколько взглядов.
— Осторожнее со словами, Лорд Камерон, я могу и обидеться. Дела моих людей вас не касаются, — неуверенно поёрзал он в седле своего скакуна, но удержался от желания посмотреть на своих людей — это бы показало его страх.
— Я вижу, у вас даже не хватило вежливости рассказать своим воинам. У некоторых из них наверняка есть семьи. Боялись, что они вас покинут, если будут знать, что вы оставляете их жён и детей умирать? — спросил я, повысив голос, чтобы все меня ясно услышали. Несколько человек вышли из усадьбы, чтобы посмотреть, что происходит.
— С меня достаточно твоих оскорблений, пёс! — воскликнул барон, побагровев от ярости. — Рубите их… — начал он. Прежде, чем барон успел договорить свою команду, Пенни пустила свою лошадь вперёд, и выбила его из седла плоской стороной своего меча. Поднимаясь с земли, он обнажил свой собственный клинок: — Ты понимаешь, на кого осмелилась руку поднять?! — закричал он ей.
Вынужден был отдать ему должное — он, может, и осёл, но от боя он не уклонился. Пенни легко спешилась, и пошла к нему. Лорд Арундэл явно умел обращаться с мечом, но Пенни была для него слишком быстрой — она отошла в сторону от его первого удара, и её рука взметнулась, выхватив оружие из его хватки. На его лице отразился шок, прежде чем она ударила его кулаком. Миг спустя он растянулся в грязи, лицом вниз. Она приставила кончик своего меча к его шее, поощряя его остаться лежать: