Дочь Дэвида была одной из первых пропавших, но несмотря на его трагедию Ройсу трудно было найти в себе симпатию к этому человеку. Тот слишком много жаловался, и имел тенденцию засыпать, когда молчал. Ройс предпочитал его спящим — лишь бы не слушать его постоянное нытьё. «В кузнице он бы никогда не справился», — подумал про себя Ройс.
Ночь постепенно темнела. Из-за отсутствия луны и пасмурного неба тьма скоро должна была настать полнейшая. Фонарь на шесте в двадцати футах от ворот был источником большей части их освещения. Это было идеей Джо МакДэниела — поставить фонари на расстоянии от ворот, так они освещали местность, а не подсвечивали охранников и их посты.
Ройс ткнул Дэвида локтем — тот как раз стал снова засыпать.
— Давай, пора уже закрывать ворота, — сказал он, и немилосердно подумал: «Всё равно на стене тебе будет спаться лучше».
— Ладно, я уже устал тут стоять, — ответил Таннэр. Подняв копьё, он повернул обратно внутрь ворот. Третий мужчина, Сэм Тё́рнэр, стоял внутри, рядом с тревожным колоколом. — Помоги мне с дверями, Сэм, — сказал Таннэр.
Ройс повернулся было, чтобы последовать за ним, когда услышал звук. Годы охоты на оленей в лесу Герцога дали ему острый слух, но это был не олень.
— Кто здесь? — позвал он.
Сэм уже закрыл одну из двух створок ворот, а Дэвид закрыл свою створку наполовину. Встретившись на середине, они опустят толстый засов, чтобы закрепить створки на месте, но они приостановились, услышав голос Ройса. Сэм выглянул, и увидел, что Ройс медленно пятится к воротам. Ему показалось, что он увидел низкорослого человека, приближающегося из темноты, но разобрать всё ещё было трудно.
— Ройс, мне нужно подержать для кого-то ворота? — спросил Сэм.
Ройс уже узнал шагавшего к нему человека — это была Ребэкка Миллер, третья из пропавших. Её не было уже почти три недели, и Ройс уже знал все подробности о встрече Мордэкая с тем, что когда-то было Сэйди Таннэр. Он медленно пятился к промежутку между створками ворот.
— Нет, Сэм, я думаю, что нам лучше всё запереть, как только я пройду через ворота, — произнёс Ройс. Он ни на миг не сводил взгляда с плавно шедшей к нему тринадцатилетней девочки. Ещё два шага — и он будет внутри. Ребэкка была теперь лишь в десяти футах от него.
Сэм услышал напряжение в голосе Ройса. Это, а также то, что Ройс не повернул головы, когда говорил с ним, сказало ему всё, что ему нужно было знать, но Дэвид Таннэр подхватывал не так быстро. В свете ясно была видна шедшая к воротам девочка, и Дэвид заговорил:
— Постой-ка! Это разве не Ребэкка Миллер? — спросил он. Дэвид шагнул было прочь от ворот, но Сэм схватил его за плечо.
— Подожди, Дэвид, — сказал Сэм.
— Вы впустите меня? Я такая голодная, и я ничего не ела последние несколько дней, — донёсся от девочки странно монотонный голос.
— Как тебя зовут, девочка? — спросил Ройс. Он перестал пятиться, поскольку ясно было, что он не сможет заставить их закрыть ворота, пока всё не решится с личностью девочки.
— Я не помню. Разве вы мне не поможете? — ответила она. Девочка была уже лишь в футе от него, и подошла бы ближе, но Ройс опустил копьё, направив его прямо ей в грудь.
Дэвид стряхнул руку Сэма, и шагнул наружу.
— Это Ребэкка. Проклятье, Ройс, перестань тыкать в неё этой штукой. Она же просто девочка! — воскликнул он. Оттолкнув копьё Ройса в сторону, он потянулся, чтобы взять девочку за руку, и та жадно схватила его ладонь.
— Не трогай её! — крикнул Ройс, но было слишком поздно. Дэвид Таннэр с ужасом на лице тщился вырваться из хватки девочки, когда ощутил, как темнота потянула на себя его дух. Девочка держала его уже двумя руками, и делала это с невероятной силой. Ройс не стал ждать — рывком вернув копьё в нужное положение, он насадил на него девочку, вогнав длинное лезвие наконечника в её туловище.
Сэм видел происходившее, стоя в нескольких футах позади них.
— Во имя богов! Ройс, что ты наделал?! — закричал он. Сэм бросился было вперёд, но Ройс крикнул ему остановиться:
— Звони в проклятый колокол! — закричал он. Девочка не отпускала Дэвида, и тянула его ближе к себе, пока тот слабел, и ноги его подгибались. Ройс силился оттолкнуть девочку от него с помощью своего копья, но она не собиралась выпускать Дэвида. Оружие могло бы пронзить её насквозь, но это было копьё для охоты на кабана, и перекладина не позволяла ему втыкаться дальше — что было хорошо, поскольку это позволяло ему сильнее отталкивать девочку. Из её раны текло очень мало крови, а та, что текла, казалась вязкой и чёрной.