— А это ещё что должно означать? — спросил я холодным голосом.
— Не больше, чем я сказал. Я не намеревался никого оскорблять, но Элейна нарушила свою клятву, и провалила свой долг. Для одной из Анас'Меридум нет более тяжкого греха, — спокойно ответил здоровяк.
— Так ты предпочёл бы, чтобы она осталась и умерла? Чтобы я умер с ними? Так, да?
— Это не моё место — судить о таких вещах. Она провалила своё дело, и теперь нам грозит возможная война, путём которой Гододдин пытается наложить свои руки на несвязанного узами волшебника, — проговорил Сайхан, и всё это время его лицо с тем же успехом могло бы быть высечено из камня.
— Для кого-то, кто обучает элитных телохранителей, ты, похоже, полагаешь, что мне было бы лучше умереть, — сказал я. Я был зол, но держал свои эмоции под контролем.
— Ты явно не понимаешь Анас'Меридум, — ответил воин.
— А ты не понимаешь ничего обо мне, — парировал я.
— Ты злишься потому, что я назвал твою мать несостоявшейся. Но если ты получше посмотришь на себя, то сможешь частично понять мои чувства. Перед тобой стоит твой друг, но он стал чем-то очень похожим на то, что Анас'Меридум должны предотвращать. Ты всё ещё можешь доверять ему, когда знаешь, что он носит в себе существо, жаждущее обладать тобой? Разве он не подвёл тебя весьма схожим образом? — спокойно произнёс он, и это лишь больнее загоняло кол в моё сердце.
— Ты, надменный ублюдок! — вышел я из себя. Не думая, я врезал ему кулаком. На коротком расстоянии и почти без предупреждения даже кто-то вроде меня смог бы попасть… но я не попал. Вроде бы не двигаясь, воин слегка повернулся, и мой кулак нашёл лишь воздух. Улыбнувшись, он поймал мой локоть, и его вторая рука поднялась, чтобы толкнуть меня в плечо. Несколько секунд спустя я смотрел на него снизу вверх, сидя на земле.
— Если хочешь напасть на меня, магия будет более продуктивным способом. Твой гнев оказывает тебе плохую услугу, — произнёс он лишённые эмоций, но насмешливые слова.
— Чёрта с два, — сказал я, и сделал ему подсечку, чтобы сбить с ног — по крайней мере, таков был план. Он был к этому готов, и вместо того, чтобы позволить мне сделать подсечку, Сайхан прыгнул ко мне. Приблизившись, он вогнал свой правый сапог мне в туловище, и даже через щит я ощутил силу удара. Он хотел выбить дыхание у меня из лёгких.
Маркус никогда не был из числа безучастных — увидев, как сапог Сайхана врезался мне в пузо, он шагнул вперёд, чтобы меня защитить. Он двигался ловко, как прирождённый боксёр, нанося резкий удар здоровяку в живот. Скорость почти позволила ему попасть, но старый воин был быстрее — ударив рукой сверху вниз, он отбил руку Марка в сторону. Я выкатился у него из-под ног, пока они обменивались ударами. Марк был быстр, он всегда был прирождённым атлетом, но старому ветерану он был не чета.
Они ныряли и петляли несколько долгих секунд, и казалось, что ни у одного из них не было преимущества, пока Сайхан не поднял ногу, чтобы нанести быстрый удар. Рука Марка инстинктивно пошла вниз, чтобы защитить туловище, и он повернулся, чтобы пропустить удар мимо — а в это время правая рука Сайхана метнулась вперёд, врезав ему по виску. Марк повалился как срубленный дуб.
Я не стоял без дела — встав на ноги, я бросился на противника сзади. Поскольку его внимание было полностью сосредоточено на Марке, он не должен был знать о моём приближении, однако он каким-то образом предвосхитил моё движение. Изогнувшись, Сайхан повернулся, и я пролетел через место, где он только что стоял. Однако миновать себя мирно он не дал — Сайхан сгрёб рубашку у меня на спине, пока я бежал мимо, и добавил мне скорости, послав меня головой в стену здания у ворот. Несмотря на свой щит, я чуть не потерял сознание, врезавшись лицом в камень. Если бы не моя защита, я вполне мог бы сломать себе шею. Я оказался оглушённым, лежащим на земле. Пока я ещё не пришёл в себя, мне казалось, что две или три отдельные Пенелопы нападали на по крайней мере двух гигантских мужчин с помощью больших тростей. Может, это был мой посох? Трудно было сказать — у меня всё двоилось и расплывалось в глазах.
Уоллас также вступил в бой, с мечом в руках. Сайхан забрал меч у него из рук, будто он был ребёнком, и послал гвардейца на землю простым ударом ладони. Он заблокировал следующий удар посоха Пенни мечом.
— Настало время начать уроки, — гладко сказал он.
— Иди к чёрту! Ты — просто задира-переросток! — крикнула Пенни, и ударила наконечником моего посоха ему в живот, как копьём, но он шагнул вперёд, позволив набалдашнику проскользнуть мимо. Проведя меч вдоль посоха, он заставил Пенни внезапно бросить его — либо так, либо потерять пальцы. Выпустив посох, она ударила его кулаком. Нельзя не восхищаться боевым духом такой девушки.