Сигмар легко удерживал косу на левом плече. Йорунн несла набитый сеном мешок на правом. Они шли в приятной тишине, наслаждаясь солнечным светом, заливавшим холм. Внизу сверкала река.
– Будто камни на одежде хазара, – сказал Сигмар.
– Да ты поэт. Но если на меня надавить, я соглашусь: тут красиво.
– Это им помогло. Думаю… Погоди-ка, кто это?
Кто-то ждал далеко внизу, у самого подножья холма. Йорунн застонала:
– Это Руна.
– Это будет… любопытно.
– Она не с тобой говорить пришла.
– Я знаю. Только… Не теряй голову, хорошо?
– Когда это я ее теряла?
Пять шагов, двадцать, и вот они уже могли разглядеть лицо Руны. Она смотрела в их сторону, сжав руки перед грудью.
– Иди, – твердо сказала Йорунн.
– Уверена?
– Да.
Его плечи напряглись, но он не оглянулся на жену, а лишь сильнее стиснул рукоятку косы и зашагал шире. Когда расстояние между ними увеличилось, он сделал глубокий вдох:
– Будь по-твоему, жена! – крикнул он, подпустив в последнее слово презрения. – Посмотрим, кто прав!
Несколько мгновений спустя он миновал Руну, даже не взглянув на ее обеспокоенное лицо.
Когда Йорунн подошла к Руне, та заметно вздрогнула.
– Йорунн, – сказала она дрожащим голосом. – Мне… мне надо с тобой поговорить.
– Почему со мной? – резко спросила Йорунн и замедлилась, проходя мимо, но не сильно, так что Руне пришлось развернуться, догнать ее и пойти рядом.
– Я… – она шмыгнула, потом прочистила горло. – Я хочу кое-чем с кем-нибудь поделиться, и думаю, что могу тебе рассказать.
Тропа вела прямиком к западной ограде хутора, но Йорунн не сбавляла темп. Вдалеке свернул за угол и скрылся из вида Сигмар.
Еще несколько широких шагов, и:
– Ну же, сестра. В чем дело?
– В Аслаке.
– Что такое? Ты только что видела, какие чувства на самом деле обуревают моего мужа, и хочешь моего совета? Я думала, ты в этом куда лучше меня разбираешься.
Еле поспевая за ней, Руна попыталась перевести дыхание.
– Нет! Я не это хотела… никогда!
– А я не хотела быть такой жестокой, – смягчаясь, сказала Йорунн, подойдя к воротам.
– Подожди, – просипела Руна. – Пожалуйста, помедленнее!
Йорунн проскользнула в ворота, приоткрыла их для Руны и улыбнулась:
– Прости. Когда я злюсь на Сигмара, иногда мне нужно пройтись. – Она посмотрела на невысокую женщину. – Что ж, сестра, расскажи мне, что у тебя на душе.
Задыхаясь, Руна посмотрела вверх. В глазах ее блеснули слезы.
– Я… боюсь.
– Что случилось?
– Мне кажется… мне кажется, это Аслак убил Карла.
Голова Руны дернулась от удара. Выпучив от неожиданности глаза, она уставилась на Йорунн, потиравшую костяшки правой руки.
– Ты не часть этой семьи, – прорычала Йорунн, – и ты не смеешь обвинять моего брата.
– Почему? – Руна оскалилась. – Потому что это ты убила Карла?
Первый вопль раздался позади дома. Когда послышался второй, Хельга обнаружила, что уже бежит туда. Ее сердце колотилось, краем глаза она видела Эйнара с Бьёрном и Сигмаром. Завернув за угол, она не поверила своим глазам.
– Эй! – крикнула она, схватила ведро с водой – первое, что попалось под руку, – и бросилась к двум бьющимся на земле телам. – Перестаньте!
Хельга выгнулась и размахнулась, выплеснув воду на боровшихся. Тут же она опознала Руну и Йорунн, а потом поняла, что вода была грязнее, чем она ожидала.
Подвергшись неожиданному нападению, женщины разом взвизгнули и на мгновение застыли, переводя дыхание и моргая. Йорунн опомнилась первой; она воспользовалась паузой, перекатилась, подмяла под себя противницу и ударила прямо в нос.
– Йорунн, прекрати! – проревел Бьёрн, пролетая мимо Хельги, но кулаки его сестры поднимались и падали, молотя по рукам, которыми Руна отчаянно пыталась прикрыть лицо. Когда он схватил Йорунн, та начала пинаться, задевая скулившую Руну и пытаясь оттоптать ногу Бьёрну, но без особого успеха.
– Да что с тобой? – Здоровяк с легкостью поднял сестру на полфута от земли.
– Она сука! – прорычала Йорунн.
– Это я знаю, – сказал Бьёрн, – но и ты тоже, а мы ведь тебе морду не бьем, правда? Что случилось?
Но Йорунн отказывалась отвечать и лишь извивалась в его руках.
– Выпусти меня, ублюдок, – прошипела она.
Хельга увидела, что Бьёрн принял решение и повернул к реке.