Линк (пытается ухватить с тарелки ломтик колбасы, но промахивается): Сэм! Ты взрослый человек! Мне сказали, что ты большой ученый. И ты — продавец, а не покупатель! Это же шутка для дураков! Адекватности быть не может! Вероятность — один к пяти миллионам. Так написано в наших документах. На самом деле — один к десяти или к ста миллионам! Давай выпьем за вашу большую страну!
Семен (разливая): Давай! А потом ты мне расскажешь, что такое «пробой», «смыкание», «сдвиг» и «наложение». Эти слова я понял, но больше ничего. Ты продавец — так продавай свой товар! Будем здоровы!
Короче говоря, все еще раз дружно выпили, закусили, закурили… И Стивен Линк начал говорить. Он активно помогал себе жестами, но Семен перестал его понимать примерно с середины первой фразы. Пришлось опять вопросительно посмотреть на Юрку. Похоже, что тот, выпив больше всех, был самым трезвым. «Выйдем!» — показал он глазами на дверь. «Давай, — молча согласился Семен. — А этот?» Юрка усмехнулся и пожал плечами: «Да ну его! Не бери в голову!»
Похоже, американец действительно не заметил убытия собеседников и продолжал что-то доказывать, обращаясь к полупустой бутылке водки.
Оказавшись в гостиничном коридоре, Семен потряс головой, пытаясь понять, контролирует он ситуацию или нет. Ответ был скорее отрицательным, чем положительным, но надежда еще была, если, конечно, больше не добавлять.
Юрка устало прислонился к стене:
— Ты его хорошо раскрутил, Сема. У меня так не получалось. Давай попробуем!
— Попробуем — что? — не понял Семен.
— Ну, на машине этой, на приборе…
— Сейчас?! Да ты с дуба упал!!
— Наверное… Но давай попробуем! Понимаешь, он не хочет иметь дела со мной, к пульту не подпускает. Ты, говорит, не есть специалист. А тебя, наверное, пустит. Понимаешь, нужно, чтобы оно заработало! Потом я всем объясню, что эта штука нам и на фиг не нужна! Ее или спишут, или вернут поставщику, но сначала она должна заработать!
— Господи, Юрка! — изумился Семен. — Что с тобой стало?! Да пошли ты их всех куда подальше!
— Уже не могу, — грустно признался приятель. — Тебе приходилось стоять перед толпой работяг с пачкой денег в руках? Стоять и знать, что эти деньги — твои. Что ты волен раздать их все, или половину, или треть… Нужно, чтобы эти люди работали, а сколько им за это дать — дело твое, с тебя никто не спросит. Ты не пробовал? У меня на участке была авария. Трупы. Губернатор приезжал разбираться… Кое-как отмазались… Но меня — в дерьмо, на самое дно — в очередь за зарплатой и авансом, два раза в месяц… Ты понимаешь, о чем я?
— Похоже, тебя просто «посадили на иглу» — власть, деньги, все такое… А ты уверен, что тебя не спишут вместе с этим долбанным прибором?
Болтливый обычно приятель на сей раз промолчал и как-то очень выразительно посмотрел Семену в глаза. Тот все понял:
— Слушай, давай завтра, а? Там же, считай, мозгами надо напрямую к компьютеру подключаться. А я почти двое суток не спал, да еще и водки насосался.
— Давай, — согласился Юрка.
В его голосе была такая безысходность, что…
— Короче: гони конкретику!
— Легко! — ухмыльнулся повеселевший Юрка. — По стакану и в гараж!
— В смысле?!
— Установка в фургоне. Фургон в гараже. Гараж на высокой террасе. Из нее, между прочим, кое-где в обрывах кости какие-то вываливаются — то ли от мамонтов, то ли от мастодонтов. В общем, пройдемся для разминки по первым десяти метрам!
— Ну, ты, блин, даешь! Этим отложениям всего-то два-три десятка тысяч лет — я с такими молодыми не работаю! А что про них в «школе» проходили, давно забыл.
Юра отделился от стены и сгреб за грудки бывшего сокоечника. Это оказалось делом нетрудным, поскольку был он на полголовы выше и на десяток килограммов тяжелее. Он слегка приподнял его над полом и просипел, дыша в лицо многодневным перегаром:
— Сема, не выпендривайся! Я уже месяц ни спать, ни есть, ни трахаться не могу! От меня любимая баба вот-вот сбежит! Ты гравелит от песчаника отличить сможешь? А брахиоподу от феникопсиса? Ну так и не пудри мозги!
Дальше последовал сплошной мат.
Семен терпеливо дождался, когда его поставят на пол, и ответил не менее витиевато, но без повторов: высказал все, что он думает о бывшем соседе, о заморском приборе, о нефтяниках вообще и конкретной фирме в частности.
— Намек понял, — хмыкнул Юрка. — Пошли!
Они опять оказались в комнате, где Стивен Линк что-то доказывал водочной бутылке. Юрка бутылку изъял и с ювелирной точностью разлил всем по полной: