Нерея привыкла к его присутствию, к тому, что он относился к ней по-отцовски заботливо. Рядом с ним она начинала чувствовать себя спокойно, а кроме того, он умел рассмешить ее, а это мало кому удавалось. Энеко был человеком-диваном – мягким, уютным, удобным для отдыха. В дождливые дни он раскрывал над ней свой зонт, а сам промокал. Между прочим, такого рода мелочи имели для Нереи огромное значение. Через несколько месяцев она сама стала раздумывать, не предложить ли ему что-то большее, чем совместное времяпрепровождение, потому что этот мужчина ей по-настоящему нравился. Подруги, естественно, спросили: а как с любовью? Любовь, разумеется, была, но была еще и дружба, что не одно и то же. Нерея утверждала, что именно дружба помогает паре сохранить хорошие отношения и когда любовь начинает угасать.
Однако их разделяла черная и бездонная трещина. На самом деле она появилась сразу и ежеминутно сопровождала этих двоих на протяжении почти десяти месяцев, пока длилась их связь, но они не видели ее, а он так никогда и не увидел. Иначе говоря, если Энеко еще жив – а что с ним могло случиться? – наверное, продолжает мучиться вопросом: чем он перед ней провинился? А причина была в том, что как Нерея молчала про своего отца, так и Энеко молчал про брата, который получил срок за терроризм и сидел в тюрьме в Бадахосе. Любовь, дружба, смех, мужчина-диван, роза или книга в подарок – все это в считанные секунды поглотила бездонная пропасть.
А дело было так. Девяносто пятый год, дождливые январские сумерки. Нерея с Энеко договорились, как обычно, прогуляться по Старому городу, съесть по паре пинчос, запить их вином, а потом отправиться к нему, или к ней, или же разойтись по своим квартирам, потому что завтра, дорогой, у нас рабочий день. Они переходили из бара в бар, укрывшись под одним зонтом, и оказались на улице Тридцать первого августа. Нерея непрерывно хохотала над шутками Энеко. Но когда они дошли до бара “Ла Сепа”, ей стало не до смеха. По радио среди прочих новостей она уже слышала, что часов за пять-шесть до этого боевик из ЭТА убил в баре вице-мэра, который обедал там вместе с несколькими товарищами по партии.
– Это здесь убили Грегорио Ордоньеса?
– Ну, о нем я ни одной слезинки не пролью. Из-за таких типов, как он, мой брат сидит в тюрьме.
Они прошли мимо бара. Нерея чуть отодвинулась от своего спутника – а значит, высунулась из-под зонта – и уже чувствовала капли дождя на руке, а еще она вдруг обнаружила ту самую трещину.
– Твой брат в тюрьме?
– В Бадахосе. Разве я тебе не говорил? Срок ему впаяли нешуточный.
– И за что он туда попал?
– За что, за что… Боролся за то, что любил.
Они подошли к церкви Святой Марии. Энеко снова принялся шутить, но его подруга больше ни разу не засмеялась. А еще она тихонько освободилась от его руки под тем предлогом, что ей понадобилось что-то отыскать в сумке. Ну и как теперь поступить? Броситься бежать? На лице ее застыло притворное спокойствие, губы кривила фальшивая улыбка. На самом деле она так сильно нервничала, что не смогла удержать немалое количество мочи. Дорога до бульвара показалась Нерее вечной. Энеко весело болтал, она молчала. И на автобусной остановке простилась с ним, даже не позволив поцеловать себя в щеку – она испытывала смесь отвращения и ужаса.
Хотя имелись свободные места у тех окошек со стороны тротуара, где стоял под зонтом он, ожидая от нее привычного взмаха руки, Нерея выбрала сиденье в другой части салона. По пути в Амару ей пришло в голову, как можно оправдать их разрыв. Она позвонила ему по телефону, как только добралась до дому. Сказала, что в ее жизни есть другой мужчина. Такая ложь в подобных случаях действует безотказно. Она не стала ждать ответа и повесила трубку. Могла бы, конечно, сказать правду, но тогда пришлось бы упомянуть про отца. Ни за что на свете.
Подругам она что-то наплела по поводу конца этой любовной истории. Да их, собственно, похождения Нереи не слишком и волновали. Ее женская компания, кстати сказать, в ближайшие годы почти что распалась, хотя раз в год по обещанию они все-таки встречались в ресторане, чтобы вместе поужинать – но ни разу в полном составе. Причины были самые обычные: одна встретила подходящего мужчину, вторая получила работу в Барселоне, вдова снова вышла замуж. И так далее.