Два часа я сидел в машине дурак-дураком. Нет, не нравится мне в личных водителях. Ладно, хоть в рот глядеть не требуют...
Пока томился в машине, мимо «Волга» милицейская с громкоговорителем четыре раза проехала. Из громкоговорителя всякий раз доносились слова. Некоторые удавалось разобрать. Но большинство — ни Боже мой.
Ясно было лишь одно — агитируют. Насчет выборов. Скоро ведь выборы опять. Или «выбора»...
И в общем, это опять он, старый знакомый — российский идиотизм. Ну, на что, спрашивается, рассчитывают эти агитаторы хреновы?! Что люди будут бежать за машиной, боясь пропустить хоть словечко?
То есть, я, хотя они четырежды мимо меня проехали, так и не понял, за кого надо голосовать.
Эти «выбора», мать их...
А каким сознательным гражданином я был, когда наша специфическая демократия только-только начинала покрываться легкомысленным розовым пушком! Проигнорировать очередное всенародное волеиспускание — Боже упаси! И в мыслях не было. А теперь есть.
Словом, не пойду и все. Потому что выборы эти нужны лишь кандидатам, и никому кроме. Впрочем, еще, наверное, их братве.
Но, допустим на момент, что все эти человеки обещающие мне нравятся. Но ведь даже при большом желании, проникнув во всякие думы, они же по определению никакие народные проблемы не будут полномочны решать единолично. А только в консенсусе... Тьфу! Но возможность решить какие-то собственные проблемы, конечно же, возникнет...
Хотя по-человечески довольно легко понять подоплеку даже самых фантастических посулов. Поскольку, если откровенно сказать избирателю, дескать, обещаю аккуратно посещать все заседания, высиживать до конца и честно голосовать за все, что будут ставить на голосование и в первом, и во втором, и даже в третьем чтении, то кто же тебя, сироту, изберет в депутаты?
Но, вообще-то, кандидаты попадаются прикольные. В то время, когда, выражаясь высоким штилем, вся российская земля вопиет и орет благим матом о дефиците профессионализма на необъятных просторах, один совершенно серьезно, будучи по образованию инженером-металлургом, навеличивает себя «специалистом по антикризисному управлению», а другой то и дело подчеркивает, что по жизни он «потомственный медик», но нелегкая судьбина заставила его обучаться в горной академии.
Однако самый верный козырь у всех — совершенно очевидные шалости центральной власти. То есть — областной в сегодняшнем случае. Имеются в виду верхотурские «Нью-Васюки», губернаторская резиденция и пр.
Но ведь это тоже — как посмотреть. Тоже по-человечески понять можно — ну, хочется любой ценой превратить Екатеринбург в третью столицу! В смысле, чтобы так полагали не только мы, мы-то уже вовсю полагаем, но и всевозможные «они». Не исключая, разумеется, иностранцев.
А будет третья столица, и попрут в нее всевозможные приятные инвестиции. Остап Бендер ведь именно этим васюковцам головы кружил. В смысле, инвестициями. Хотя в ту пору они, вероятно, как-то иначе назывались.
Да и возню с царскими костями тоже ведь, в конечном счете, не ритуальные соображения вдохновляли...
И вот уже в Екатеринбурге полно всевозможных генеральных консульств да представительств. Всякие консулы, советники и атташе так и снуют, так и снуют. Одних вице-президентов, может быть, целая тыща!
Недавно по телевизору показывали одного генерального консула — симпатичный такой паренек, и жена у него симпатичная, и дочка.
Там, в заграницах-то, как рассуждают: надо вам консула — нате, жалко, что ли, у нас этого добра...
Словом, как мы теперь, извините за выражение, друзья, так мы вам — чего угодно, но в разумных пределах...
Кто только не мчит в «третью столицу» — по ней уже стало невозможно проехать. Вечные ментовские кордоны, запоры на дорогах. Это очередных причиндалов встречаем по высшему, разумеется, разряду...
Но все, в том числе и это, можно было бы стерпеть, утереться, да вот с инвестициями — облом. Как видно зачастившие к нам причиндалы у себя на родине еще вчера в очереди за социальным пособием стояли, а теперь мы для них создали прекрасные рабочие места. Такое уже бывало в России многажды, заболевала она то одной заграницей, то другой, так что болезнь можно теперь смело считать хронической...
Мне от этой жизни уже почти ничего не хочется. От власти — вообще ничего. Разве что самую малость: чтобы предпринимая то или другое, она изредка спрашивала себя мысленно: «А что скажут люди?» Но именно этот вопрос российская власть и не имеет обыкновения себе задавать. Зато я постоянно задаю его себе. И наверное, поэтому не бывать мне никогда ни политиком, ни соискателем премии Букера.