7. Его невеста
(Цветана)
Я стала прислугой в доме бандита.
Камаев дал мне выбор: или я выполняю грязную работу сразу за четверых уборщиц, или же он "научит" меня, как обращаться с мужчиной.
Не знаю, надолго ли меня хватит.
Но я должна была попытаться.
Сегодня он горит желанием порвать меня на тряпки и отобрать мою невинность. А завтра — когда увидит, что я старательно выполняю все приказы — может, даже пощадит свою жертву.
Только бы он не передумал завтра.
Только бы я справилась с доверенной работой и не получила все то, что поклялся устроить мне Анвар.
— Ты тоже Камаева? — отважилась я заговорить с Лейлой.
Пока она вела меня в дом, чтобы показать мою комнату.
Мне почему-то казалось, что она меня понимала. Она была девушкой. И осознавала, как трудно мне в ту минуту.
Как мне страшно.
Как сильно я рисковала, если не справлюсь и рассержу хозяина.
— Нет, — ответила она. — Я из семьи Багримовых. А что?
Я опустила голову и шла за ней хвостиком.
Словно я ее младшая сестра. Или даже племянница. И мне надо величать Багримову тетей Лейлой.
Хотя разница в возрасте у нас была небольшой.
На вид ей лет двадцать пять, не более.
— Ничего. Прости, что спросила… Я не знакома с твоим родом. Не слышала такой фамилии.
Мы поднимались по ступенькам.
Я робко осматривала дворец Камаевых. Было страшно. Но понимала, что завтра я буду здесь все вычищать.
— Ты не могла не знать. Пути моей семьи и Варшавских пересекались. Ты сейчас дуру из меня делаешь?
Она остановилась и стала жечь меня своими жуткими черными глазами. Они меня пугали. Не так, как взгляд Анвара — раздевающий, жестокий, полный презрения.
Лейла пробивала меня насквозь, словно лазером.
Казалось, что повернись я к ней спиной — она просверлит во мне дыры своим чертовски жутким взглядом.
Красивые, но такие жуткие глаза ведьмы.
Она была как раз под стать Анвару.
Даже думала сперва, что они родственники. Но теперь, когда выяснилось, что фамилии разные…
— Нет, что ты. Прости. Я не хотела тебя оскорбить. Просто я правда ничего не знаю. Вернее, — замешкалась я, — ничего не помню.
— У тебя амнезия, что ли? — усмехнулась она с издевкой. — Может, Анвар тебе сонную артерию передавил, когда душил за горло?
— Понимаю, ты не веришь. Но я правда потеряла память. По крайней мере, похоже на это. Я ударилась головой и…
— Мне плевать, — сказала она и открыла дверь в небольшую комнату.
Походило на кладовку.
Всякая утварь для уборки. Стеллажи с моющими средствами. Несколько швабр с ведрами. Тесная кушетка, чтобы покемарить.
А главное — ни одного окна.
— Здесь я буду жить?
— Жить? — повторила Лейла. — Не уверена. Это навряд ли, Незнайка… В этом доме тебе жизни не видать уже. По мне так ты камикадзе. Просто еще не поняла этого.
— Мне начинать уборку с первого этажа или наоборот — третьего?
— Да хоть и со второго. Ты все равно не справишься. Он тебя накажет.
— Что? — расстроилась я и сразу поникла. — Почему ты так считаешь? Я буду очень стараться. Я сумею. Правда.
Но Лейла ходила по кладовке. Брезгливо касалась рабочих инструментов. И тихо посмеивалась.
— Ты не понимаешь, что все это просто увертюра в трех актах. Он хочет тебя немного помучить. Вот и все. Анвар не давал тебе выбора. Он не давал тебе альтернативы. Твоя надежда — что он позволит тебе просто батрачить до мозолей и оставит в покое — она фейк. Просто иллюзия. Тебе пора бы повзрослеть.
— Выходит, он солгал?
Я снова плакала.
Присела на кушетку и шмыгала носом. Мысли поглощала безнадега. Если все сказанное Лейлой — правда.
Перед глазами стоял его звериный прищур.
Камаев пошло улыбался и ждал, когда я все пойму. И смирюсь с судьбой. Приму то, что мне уготовано.
Он просто наблюдал, как я трачу силы впустую. Понадеявшись, что людям можно доверять. Даже если они открыто мешают тебя с грязью.
Я дура. Просто наивная дурочка.
На что я рассчитывала, соглашаясь на роль горничной?
— Ладно. Не кисни. Скажу кухарке принести тебе поесть, чтобы в обморок не падала. Тебе еще полы завтра мыть в нашем особняке.
Она посмотрела на себя в зеркало. Поправила и так шикарную прическу. И собралась уходить.
Но я набралась сил и выдохнула горько:
— Спасибо.
Лейла замерла в дверях и оглянулась.
— За что?
— Что ты не так жестока, как Анвар. Я рада, что рядом есть кто-то вроде тебя.