Лаура фон Фрост
Родители и дети
Серьезные конфликты, происходящие между родителями и детьми, явление всем хорошо знакомое в современной семейной жизни, — явление, ведущее нередко за собой разрыв между обеими сторонами. Постараемся уяснить причины этого ненормального и слишком частого явления, чтобы не предположить какой-нибудь ошибки со стороны воспитателей. При этом не будем задаваться мыслью обвинения той или другой стороны; не будем брать примером родителей, для которых бальная зала привлекательнее детской или модный роман интереснее первых проявлений сознания их ребенка; не будем говорить и о детях, которые по природным своим свойствам или вследствие неблагоприятных условий развития находятся на ложном пути. Нет, мы разберем отношения только добрых, верных своему долгу родителей и их хороших, разумных детей.
Кто из нас не знавал их, этих малюток, которые с нежной доверчивостью ловили руку матери, так уверенно их направлявшую; родителей, которые не могли нарадоваться на это благословение Божие и были полны забот о воспитании своих детей. И вот спустя несколько лет вы опять встречаете те же лица. Вы поражены, не верите своим глазам — так далеки, так неприязненны отношения, установившиеся между ними. Для вас, постороннего зрителя, такой факт является полной неожиданностью, на самом же деле он подготовлялся годами. Отчуждение вырастает постепенно, и детские души выскальзывают незаметно из-под родительского влияния; и только уже после совершившегося факта родители сознают, что они их совсем потеряли. А тогда почти всегда уже поздно. Разучившись постепенно понимать друг друга, они никогда больше не составят одного целого, как раньше. Вот почему так важно для родителей с самого начала следить затем, чтобы согласие, в котором они жили с малюткой, сохранилось и в последующие годы, когда их ребенок вступает в ряды сознательных людей. Для этого необходимы: доверие ребенка и беззаветная готовность родителей помочь ему.
Отчуждение между родителями и детьми возникает, главным образом, вследствие того, что воля ребенка имеет другие цели, чем воля родителей. Между тем большинство этих теперь глубоко страдающих родителей было сильно озабочено уже в раннем возрасте своего ребенка подчинить себе его волю или даже сломить ее. Он должен был возможно раньше научиться повиноваться, и родители ликовали, когда их старания увенчивались успехом. Мысль, что при этом они совершали роковую ошибку, не приходила им в голову. А между тем задачей воспитателя должно быть не желание сломить волю ребенка, а скорее укрепить ее и направить по верному пути. Высшим идеалом, достигаемым при разумном воспитании, является создание из беспомощного дитяти самостоятельного человека с твердой волей, направленной на все хорошее.
Подавить или сломить волю ребенка вообще нельзя безнаказанно. У более энергичных детей она постоянно прорывается наружу в форме противоречия или упрямства. Тут-то и начинается борьба между родителями и детьми; и чем чаще на этой почве разыгрываются сцены, чем старше и самостоятельнее становятся дети, тем резче бывает столкновение, тем неизбежнее разрыв, уничтожающий не только внутреннюю, но часто и внешнюю связь между родителями и детьми.
Такая неприязнь становится обыкновенно впервые заметной, когда вопрос касается отношений ребенка к его сверстникам. Родители выбрали, скажем, десятилетнему сыну маленького сверстника, с которым он должен подружиться; и вдруг ребенок этому противится, просто объявляя, что мальчик ему не нравится. Отец и мать настаивают на своем требовании. Но они редко достигают чего-нибудь, дети играют, шалят вместе, но между ними не возникает дружбы, ее нельзя вынудить. Внутренне ребенок идет своей дорогой и ясно сознает, что это не тот путь, по которому хотели бы его вести родители. Между тем желание родных было вполне законно, нужно же им в самом деле контролировать друзей своего ребенка. Их ошибка состояла здесь только в том, что они не предоставили самому ребенку инициативы выбора; ведь никогда не поздно было бы и позднее проверить этот выбор, а с антипатией ребенка следовало считаться как с фактом. Им несомненно пришлось бы впоследствии узнать, что эта антипатия была основательна, хотя в то время скорее инстинктивна, чем сознательна, вследствие чего ребенок или не мог им дать в ней отчета, или, может быть, и не хотел из чувства товарищества.
Во всяком случае необходимо, чтобы при первом же хотя бы и незначительном несогласии между родителями и детьми первые стремились освоиться с мыслями и взглядами детей, чтобы быть в состоянии сопутствовать им и на их новом пути. Только этим можно избегнуть дальнейшего разрыва. Такое желание свыкаться с своеобразностью других может исходить только от родителей, как старших и более опытных; ребенок же не в состоянии этого сделать.