Тоже самое встречаем мы и в отношениях матери с дочерью. Мать, методично настаивающая на своих понятиях о женственности и обязанностях хозяйки дома; дочь, преисполненная жаждой знания и современным умственным движением, так же методично настаивающая на самостоятельной деятельности. Может быть мать и склонна разрешить ей эту деятельность в принципе. Но почему же избирает дочь именно это поприще, а не другое!? Мать придумала гораздо лучшее, что следовало предпринять дочери. И вот она прилагает все усилия, чтобы привести дочь к тому счастью, которое ей не покажется счастьем, даже если покорится и даст сломить свою волю. Мать отняла у дочери радость самостоятельного решения своей судьбы, вынудив должное послушание. И вот создается положение, при котором порывается всякая внутренняя связь между родителями и детьми; если они и остаются впоследствии жить под одним кровом, то желания и мысли их идут, конечно, разными путями. А ведь все эти добросовестные родители, не задумываясь, на вопрос, хотят ли они видеть своих детей счастливыми, ответили бы искренним «да», забывая, что никто не может создать счастья другого по своему образцу и что старая пословица: каждый кузнец своего счастья, и теперь не потеряла своей силы. А ведь все они знали, когда их дети были еще малы, что каждое из них своеобразно и требует особенного обхождения с собою, что их дети никогда не были их собственностью, которой они могли бы управлять и распоряжаться по своему усмотрению, но что дети вверены любящим сердцам родителей, чтобы они привели их к радостному, самостоятельному существованию.
Если мы попробуем разобраться в вопросе, кто при подобных горьких конфликтах и печальных условиях более страдает — молодежь или старики, — то на первый взгляд можно утверждать, что молодежь. И действительно, если вспомнить, например, Фридриха Великого или Артура Шопенгауера, то это может служить как бы подтверждением. Редко раны, нанесенные сердцу в детстве или юности, излечиваются вполне, и как часто оставляют они болезненный след. Но мне все-таки кажется, что в этом случае гораздо сильнее страдает и достойна большого сожаления старость. У молодости еще вся жизнь, с ее трудами и радостями и ее надеждами на будущее, впереди, старость же, порвав с своими детьми, теряет и настоящее и будущее, остается одинокой, и с каждым днем это одиночество растет. А между тем старики могли бы остаться молодыми с молодежью, могли бы еще во многом расширить свои познания, воспринять много новых впечатлений, разделить много радостей и надежд и как разумный, опытный друг принести в тяжелую минуту не мало облегчения той же молодежи.
Вот почему следует часто повторять родителям: сохраняйте привязанность своих детей, пока их души еще в ваших руках! Сопутствуйте им и учитесь понимать их; идите с ними в ногу, как друзья, как товарищи, доказывайте свою опытность, свою мудрость, ограждая их от уколов терний, от тины болот, но предоставьте им самим найти свою дорогу; тогда только они не покинут вас и, выйдя из-под опеки, будут с вами делиться своими планами и надеждами, своими радостями и печалями.