— Отличная тактика! И самое главное — работает абсолютно всегда, зависит только от приложенного времени и сил, — невозмутимо парировал Сергей. — А что касательно вовлечения тебя, то пацаны интересуются.
— Рад за пацанов, — кивнул Макс, — интерес — дело хорошее.
— Девчонки тоже, — понизил голос Серега, — особенно Нинка!
— Тоже отлично, — снова кивнул Максим. — Интерес — дело хорошее не только для пацанов! А в вашем детском садике про общение на практике знаешь только ты? Остальные понаслышке? Или когда двадцати- и тридцатилетние мужчины и женщины снова идут учиться, у них отшибает опыт использования этого полезнейшего инструмента, и они все бегут к тебе за подмогой?
— Злой ты, — отозвался Сергей, чуть приотставая. — Чего тебе стоит хоть раз поучаствовать?
— Например, нежелание того, чтобы ты получил какие-то бенефиты за знакомство меня с людьми, которые знают обо мне единственный факт: ученик Харитона, — прямо ответил парень, которого вся эта словесная эквилибристика начала утомлять. — У меня весьма хороший слух, так что некоторые нюансы ваших с Ниной переговоров я слышал, как и запросы от студенческой части нашего недружного коллектива. Я тебя в менеджеры не нанимал, насколько помню… Не нужно этих хитрых ходов, Серега, а то поссоримся!
В молчании они дошли до кофейни, Максим выбрал столик у панорамного окна, сел и начал наблюдать за классическим танцем несбывшихся надежд: Серега был парень неплохой, но в связи со своей общительностью и способностью легко находить подходы к людям слегка потерял границы, вообразив себя этаким мини-Ришелье, плетущим паутину взаимоотношений в подконтрольном разрозненном коллективе. Максим искренне уважал взаимовыгодные отношения, однако предпочитал быть их субъектом, а не объектом. Ну и в принципе делать на нем гешефт без благословения — верх наглости! Сейчас же, когда Сергей понял, что его манипуляции не прошли незамеченными, решал, как поступить. Он подошел к барной стойке, заказал стопку коньяка и капучино на вынос и теперь нервно переминался с ноги на ногу, периодически то засовывая, то доставая руки из карманов. Макс знал, что если в случае Нины он получил бы только благосклонность, то вот договоренности со студентами у него были материально поинтереснее, и их результат Серега уже явно считал своим.
Возможной вся эта ситуация стала совсем недавно, когда имя Максима более-менее засветилось в качестве знака врачебного качества. Харитон как раз отчалил куда-то по своим делам, когда в его офис завалилась целая толпа людей, две трети из которых не могли стоять на ногах нормально. Хромые, косые и порванные визитеры из ковена Глубоколесья вернулись с закрытия Сопряжения. Закрыть-то они его закрыли, но потеряли мертвыми пятерых, и еще двенадцать были разной степени тяжести. Не опасаясь, что его кинут на оплату, Макс начал лечить. Репутация его учителя не позволила бы таких финтов, равно как и попытки потом понизить ставки. Прецеденты случались, бывает, но последствия уж очень бурно освещала народная молва, а фирменный метод Харитона был известен очень широко и даже обзавелся в массах своей аббревиатурой: ПРП — Прогрессирующий Реактивный Понос, единственный верный ответ на любое неуважение!
Вечер выдался потный, Макс, помимо собственных запасов, использовал почти пятьдесят тысяч парсов энергии дополнительно из накопителя, однако вытянул всех. Косметологические правки он не делал, только лечил. Двоих пострадавших еще достал практически с того света, не иначе как чудом. Появившийся аккурат на следующий день Харитон только одобрительно поцокал языком, глядя на работу ученика: четверых пришлось оставить в салоне по причине нетранспортабельности. Ковен заплатил честь по чести, все остались довольны, однако пошедшая молва почему-то опустила этот момент, и на глазах других одаренных тем летним вечером творился подвиг бескорыстия, юный ученик спасал жизни, не требуя оплаты. С тех пор Макса периодически одолевали различные люди, пытающиеся в частном порядке договориться о каком-либо лечении, причем чаще всего не критичном, а то и нафиг не нужном. И пока Максим не научился незаметно вешать конструкт головной боли на просителей, их вал только рос, причем оплату не предлагал вообще никто! Макс даже как-то попытался провести расследование, пытаясь понять, кто ему так поднасрал, однако успеха не достиг. Зато метод кнута дал эффект, люди начали понимать, что раз при незапланированной консультации у лекаря у них начинает болеть голова, то лучше записаться. И заплатить.