- Ничего не спрашивай, - почему-то выдал тогда князь.
Наверное, забыл, что я теперь такая же, как и он - проклятая Богом вампирша, исчадие ада, монстр.
И мы похоронили Мирену, больше не обмолвившись и словом.
Так мы остались совсем одни на целом свете: никто из нас не мог более вернуться в свои семьи - ни он к своему сыну, ни я к своим детям. Ибо жажда будет вечно мучить нас, и может настать тот самый момент, когда даже родственные связи не помогут, и ты очнешься однажды, а в руках твоих - мертвое невинное дитя, которое будет виновно лишь в том, что оказалось не в том месте не в то время. А этого мы вынести вряд ли смогли бы.
Так начались наши скитания. Из года в год, из века в век мы следили за теми, кого называли детьми, внуками, правнуками. Радовались успехам своих потомков и огорчались их бедам, где-то даже помогали. Хотя помощь наша была своеобразной, все-таки она была существенной, и потомки наши были благодарны Богу за то, что он услышал их молитвы. Богу? А, да ладно, не имеет значение. Вам незачем было знать, как, впрочем, и сейчас, кто на самом деле стоит за всем этим, иначе не миновать нам в то время разного рода охотников на нечисть и священных костров, чей огонь развеял бы наш прах по воздуху и не дал бы и шанса возродиться.
Но то время прошло, и на смену его пришла другая эпоха - эпоха высоких технологий, бесконечных городских пробок, грязного воздуха, испорченной крови и отвратной еды. Истории о вампирах и других сверхъестественных существах перешли в жанр, который не так давно назвали странным словом «фэнтези». И это только на руку такой нечисти, как мы: благодаря этому охота за монстрами почти прекратилась, и теперь мы можем вздохнуть спокойно. Некоторые из нас даже начали вести более-менее нормальную жизнь - начали, например, работать, как простые смертные, раз в десять-пятнадцать лет перемещаясь из города в город, ибо как-то неловко будет отвечать на вопросы типа:«О, ты ни капли не изменилась за все это время! Подскажи рецепт чудо-маски!»
Мы с Владом не стали исключением, перемещаясь с места на место, из страны в страну. За это время мы так приросли друг к другу, что и представить одного отдельно от другого и в голову не приходило. Дракула остался моим господином, а я за все эти века не раз доказывала свою верность, неотступно следуя за ним везде и всюду, не раз спасая жизнь, выполняя приказы. Ох, это было очень трудно - завоевывать доверие Влада, особенно после того, как мы, новообращенные, столпились тогда вокруг него и голодными глазами взирали на его маленького сынишку Ингераса. Но это уже в прошлом. Верная соратница Сына Дракона, его цепной пес - пожалуй, именно так теперь можно меня охарактеризовать. И никак иначе.
Но мы не просто так скитались по миру. Была у Владислава некая цель, о которой он за все эти почти шестьсот лет даже словом не обмолвился. Но все стало понятно, когда однажды пасмурным днем он подошел к одной молодой женщине, выбирающей букет, и не назвал ее миледи. Бог ты мой, как она оказалась похожа на Мирену! Те же золотистого отлива светлые волосы, самым варварским образом обрезанные под самый затылок и уложенные в деловую прическу, те же просто огромные синие глаза, радующиеся жизни, те же притягательные полные губы, улыбающиеся миру... Немного напуганная старомодным обращением моего господина, заинтригованная, ошарашенная, она тогда еще не понимала, что влюблена. Я же, сидя в кафе неподалеку от них, улыбалась в этот момент в стакан с водой, чувствуя, как вопреки здравому смыслу учащается сердцебиение в груди этой очаровательной женщины. Она ничего не понимала тогда и от этого невольно краснела, а мне только и оставалось, что наблюдать за тем, как пара: Влад и Мирена - уходят куда-то и о чем-то разговаривают. Сначала неторопливо и осторожно, будто нащупывают почву, а потом все более и более открыто и искренне...
Ох, Арти, уже брезжит рассвет над горизонтом. Пора мне уходить, иначе сгорю при тебе в лучах просыпающегося солнца. В любом случае, у тебя после этого возникнут вопросы.
Прощай. Может, когда-нибудь еще заскочу и посижу с тобой.
Легкий поцелуй холодных губ касается лба темноволосого парня, распластавшегося морской звездой по всей кровати. Тот что-то бормочет во сне и переворачивается на живот, забавно дрыгнув ногой, будто хотел бежать куда-то. Легкий шелест занавесок, побеспокоенных утренним ветерком, - и маленькая летучая мышка, расправив свои перепончатые крылья, улетает как можно дальше от этого места в поисках укрытия от лучей только-только просыпающегося пока еще прохладного, но такого смертоносного солнца.